Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

"По мотивам политической ненависти - до 5 лет или 500тыс.": борьба РКН с призраком граффити про Пу?


*внимание, данная карикатура не имеет отношения к сюжету поста

Сегодня в дискуссии прозвучало мнение, что цензура сейчас не чета царской, имевшей место в РКМП, дескать, что только не пишут в российской прессе, разве можно было представить такое в те времена?
Такого - нет, безусловно, не говоря уже о временах "кровавых многомиллионных репрессий усатого злодея", когда "сажали за анекдоты пачками" - но вот до этакого гомерического не додумался ни Николай Вторый, ни Иосиф Великий - воображения не хватило у самодержцев, что белого, что красного.

Итак, читайте, повеселитесь, ручаюсь, особенно - те, кто уже слышал предысторию, а кто не слышал, тот может пройти по ссылке под спойлером-катом, а далее по внутренним ссылкам в материале цитируемого издания и насладиться всей историей, "сделав" свой и близких субботний вечер, после чего будем наблюдать известный эффект Стрейзанд, которого добьются-таки наши альтернативно одаренные политтехнологи/церберы-цензоры из РКН, решившие переплюнуть царскую охранку и НКВД разом.

Самый популярный ярославский сайт заблокировали на полдня из-за новости о граффити про Путина. Президента в тексте даже не упоминали 13.04.19
[Spoiler (click to open)]
Сайт самого популярного ярославского издания 76.ru, заблокированный 12 апреля, был разблокирован днем 13 апреля, сообщили представители издания в своем телеграм-канале.

Претензии к изданию возникли из-за новости, в которой рассказывалось о граффити, которое появилось на здании регионального управления МВД в конце марта. В новости не сообщалось, что именно было изображено на граффити, при этом был опубликован снимок колонн здания МВД, где появилась надпись «Путин *****».

Главный редактор 76.ru Ольга Прохорова сообщила «Медузе», что Роскомнадзор прислал изданию письмо с уведомлением. В письме Роскомнадзора, которое приводит 76.ru, говорится, что новость заблокировали из-за нарушения закона о неуважении к власти. «Мы убрали фото из новости — сам материал остался на сайте», — рассказала Прохорова. Текст заметки никак не изменился. По словам главного редактора издания, Роскомнадзор разблокировал сайт спустя два часа после того, как журналисты сообщили ведомству об удалении фотографии. Сейчас материал 76.ru о граффити исключен из реестра запрещенных сайтов.

Издание 76.ru стало вторым ярославским СМИ, которое подверглось блокировке в апреле. Ранее был заблокирован сайт издания «Яркуб» — формально, из-за новости о подростке, который пытался совершить самоубийство. В «Яркубе» связывали блокировку с тем, что издание отказалось удалить новость о граффити, оскорбляющем Владимира Путина, которое появилось на здании МВД.

Издание TJournal сообщало со ссылкой на источник, что Генпрокуратура требовала удалить новости о граффити про Путина, которые выпустили несколько ярославских СМИ, в рамках закона о неуважении к власти. Не менее пяти изданий выполнили это требование. В Генпрокуратуре отрицали, что просили удалять новости.

Обновление. 13 апреля, когда стало известно о разблокировке 76.ru, издание «Яркуб» написало в телеграме, что, как оказалось, против них подано второе уведомление о включении в реестр Роскомнадзора. Документов о причинах блокировки «Яркуб» не получал, но издание удалило фотографии граффити с фамилией Путина из своих материалов. «Тем не менее блокировка по первому основанию (якобы указание на способ совершения суицида) все еще действует», — говорится в сообщении.

Александр Бакланов

https://meduza.io/feature/2019/04/13/samyy-populyarnyy-yaroslavskiy-sayt-zablokirovali-na-poldnya-iz-za-novosti-o-graffiti-pro-putina-prezidenta-v-tekste-dazhe-ne-upominali

---
А вот такой был пост-исходник (с удаленным уже фото, само собой) и комментарии к нему, особое внимание обратите на консультацию юриста, который счел возможным квалифицировать безобидную надпись как проявление политической ненависти, влекущее за собой конский штраф или и вовсе турму (это чтобы вам не было слишком уж смешно) -
[Spoiler (click to open)]

В Ярославле на колоннах здания областного УМВД баллончиком сделали большую надпись. Неизвестно, кто это сделал. Надпись появилась сегодня ночью.

— А сегодня мы с вами, ребята, узнаем, с какой максимальной скоростью может быть произведён косметический ремонт фасада, — пишет автор снимка в соцсетях.

— Этот проступок можно расценивать как хулиганство, — считает юрист Тимур Валияров.

— Хулиганство по мотивам политической ненависти наказывается штрафом в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок, — написано на сайте «КонсультантПлюс»


https://76.ru/text/gorod/66037444?from=commentsheader







---
Картинок в моем посте по понятным причинам нет, а то ведь заблокируют  ЖЖ, али штраф какой выпишут драконовский, так что - кому надо, тот сам найдет исходник всего скандала, полюбопытствовав, что ж там такого про уважаемого нацлидера понаписали, что все охранители с ног сбились, затирая крамолу, не содержащую ничего, кроме словечка, у которого "два смысла, плохой и хороший".

В связи с вышеизложенным, хочется поинтересоваться у неленивых и ознакомившихся со всей историей вот чем - из-за чего весь сыр-бор, как думаете: оттого, что неизвестный автор ярославской надписи попал в самую точку - в хорошем, или в плохом смысле слова, а издание растиражировало "инсайд", или оттого, что вызывающая надпись была сделана на здании уважаемой полиции?

Или оттого, что у наших элиток предчувствие скорого конца и расплаты, а осенние умирающие мухи кусаются особенно больно, вот и привлекают они внимание к пустой надписи в общем, ни о чем, когда на объекте куча обвинений куда круче, к примеру, озвученное недавно публично НПСР - "в госизмене", да еще по результатам работы комиссии специалистов, а не какого-то ярославского шутника?

ЧЕГО ТАК ИСПУГАЛАСЬ УВАЖАЕМАЯ ВЛАСТЬ В ЭТОЙ НАДПИСИ?

ОБВИНЕНИЯ В ХОРОШЕМ СМЫСЛЕ СЛОВА
1(6.2%)
ОБВИНЕНИЯ В ПЛОХОМ СМЫСЛЕ СЛОВА
2(12.5%)
НИЧЕГО, ОНА ОТВЛЕКАЕТ ВНИМАНИЕ ЭТОЙ ПУСТОЙ ИСТОРИЕЙ ОТ ОБВИНЕНИЙ В КОНКРЕТНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ
4(25.0%)
ОНА БОИТСЯ СКОРОГО КРАХА И РАСПЛАТЫ, ПОТОМУ МЕЧЕТСЯ И ДЕЛАЕТ ГЛУПОСТИ
9(56.2%)

Тем, кому особо весело, советую еще раз перечесть консультацию юриста и осознать, что написавший может загреметь  на полмиллиона рублей или срок до пяти лет, если по максимуму, суд наш, известное дело, самый гуманный же - это до всех дошло?
И кто скажет, что даже при Николае Кровавом или столь ненавистном нынешним властям Иосифе Сталине, даже памяти которого они боятся пуще смерти, уж не говоря о Никите Хрущеве или Леониде Брежневе, да даже при (не к ночи будь помянуты) Мише Горбачеве и Боре Ельцине - было возможно хоть что-то подобное, борьба мощной властной госструктуры с призраком стертого граффити?

Еще один забавный нюанс всей этой невероятной в своем абсурде истории: почему они так держатся именно за эту персону, уже изрядно дискредитированную кучей деяний, скажем так, не слишком одобряемых народом, неужели у них нет совсем никого на смену в рамках транзита, что они вынуждены усиленно отмывать черного кобеля добела, невзирая на явную невозможность это проделать, чему свидетельство надпись на ярославских колоннах?

Что за фишка в фантастически упорном цеплянии именно за этого г-на Никто? Только ли в мнимой популярности в народе все дело, раскрученном бренде "путин", за который якобы голосуют неизменные мифические 76,69%, а потому его и нужно эксплуатировать до конца, ибо новый аналогичный на финишном этапе прямой создать невозможно, как ни старайся политтехнологи? Или в чем-то еще?

UPD
[Spoiler (click to open)]
plan_pu
Товарищ Путин, Вы большой политик...

По Сети стремительно распространяется письмо к В.В Путину, в котором автор поставил вполне справедливые и корректные, но не новые вопросы, на которые, тем не менее, пока ответа нет.
https://www.facebook.com/photo.php?fbid=318266712371621&set=a.118148692383425&type=3

росиянский царь мидас?
Почему почти всё к чему прикасается ВВПу утекает в Лондон?

https://riared.ru/rossija/sud-londona-arestoval-imushhestvo-rossijskogo-bankira-na-1-75-mlrd/?fbclid=IwAR0eqnpkTuAMEzwiO0j2lygHS2v1DZJM2gpoXaBGuu5xN3m8qii50tqF4tM

---
* те, кто вник в забавную историю и считает ее показательной, как в части проявления любви и уважения народа к власти, так и в части опасения властью подобных проявлений любви и уважения, поставьте лайк
promo gala_gala15 february 10, 2019 22:22 26
Buy for 20 tokens
Законопроекты так называемых сенаторов из конторы под вывеской Совфед, касающиеся свободы слова, то есть, фактического запрета на нее, вызвали в обществе вполне резонное возмущение, причем нашлись граждане с юридическим образованием и даже степенями, которые взяли на себя труд проанализировать…

"Спаситель мира": миллиардера Рыболовлева взяли в Монако - ДОЛЖНА ли Россия защитить?



В день 7 ноября, красный день календаря, торжествует революционная справедливость - одного из грабителей и преступников, укравших у России и ее народа миллиарды долларов, взяли-таки под белы руки и привлекли к ответственности.

Я не шучу, просто произошло это не в РФ, а в Монако, и не за грабеж народного достояния тут, а за махинации с награбленным там, что не очень справедливо, но, с паршивой овцы капитализма и буржуазного правосудия - хоть шерсти клок.

Отнять награбленное в РФ проблематично, поскольку у власти такие же грабители-подельники, а вот немного пощипать жирную тушку там - очень даже могут, поскольку наших отечественных нуворишей равно не любят, как на родине, так и зарубежом, слишком очевидно преступное происхождение их спешно наворованных капиталов-охренилиардов.

Тем не менее, в прессе уже организуется кампания по вызволению несчастного сиротки-олигарха с применением всей мощи государства, точнее, того, что от этой мощи осталось после 30 лет правления бездарных и безумных иудушек и грабителей, веривших в свою неуязвимость.

"Россия должна защитить своего олигарха": Экономист о задержании в Монако миллиардера Дмитрия Рыболовлева
[Spoiler (click to open)]

Долг нашей страны – защищать миллиардера Дмитрия Рыболовлева
Российский бизнесмен Дмитрий Рыболовлев (бывший владелец «Уралкалия», основной владелец футбольного клуба «Монако». Forbes оценивает его состояние в $6,8 млрд) был задержан в княжестве Монако утром 6 ноября.

Как пишет французская газета Le Monde, в апартаментах предпринимателя в Монте-Карло уже прошли обыски. Его подозревают в коррупции и «торговле активным и пассивным влиянием». Якобы Рыболовлев организовал некую тайную сеть, «борющуюся с местными судами в пользу Рыболовлева».

В частности, Le Monde пишет о прошлогодней судебной тяжбе россиянина с арт-дилером из Швейцарии Ивом Бувье. Рыболовлев обвинил его в необоснованном завышении цен на продаваемые картины. Теперь выясняется, что Рыболовлев дружит с высокопоставленными представителями судейского сословия, полицейскими и политиками из Монако. И именно с помощью этих связей, полагает следствие, ему удалось давить на Бувье.

«Идет расследование. Многие люди были доставлены на допросы. Ведутся обыски. Все под контролем» — сказал прокурор Монако

В качестве доказательства вины олигарха, по словам издания, была предъявлена его переписка - сотни смс, переданных следствию.

Странное дело

«Дмитрий Рыболовлев является гражданином России. И долг нашей страны – защищать его. Хорошо бы добиться возвращения бизнесмена на родину. А далее, предъявите пожалуйста доказательства его вины, и мы сами его накажем. Вообще, все это выглядит весьма подозрительно. Я, конечно, допускаю, что российский олигарх способен на любую пакость. Но под определение «борьба с судами» с легкостью попадает и адвокатская деятельность, и процветающий в США лоббзим» — уверен экономист Михаил Делягин.

КСТАТИ

Юрист: Задержание Рыболовлева в Монако может быть связано с делом Бувье и Sotheby's

Адвокат Александр Трещев прокомментировал в интервью Радио «Комсомольская правда» задержание российского миллиардера Дмитрия Рыболовлева, а также слухи о том, что проблемы предпринимателя связаны с его претензиями к арт-дилеру Иву Бувье и аукционному дому Sotheby's...

https://www.kp.ru/daily/26905.4/3949488/

---
Реакция на эту новость и начавшуюся кампанию в защиту ворюги-олигарха, была вполне ожидаемой, сначала народ вволю посмеялся, а потом закономерно возмутился -
[Spoiler (click to open)]

Николай
Да-да-да, мы просто обязаны защитить беднягу! А то, если его там прижмут к ногтю, такого расскажет про наши нравы и взаимоотношения...

А ещё надо помочь ему материально! Интересно, сэкономленного государством на наших пенсиях хватит, или ещё надо всем миром скинуться?


Konrad Karlovich Mikhaelson
Цитата: Комсомольская правда от Сегодня в 11:00

Дмитрий Рыболовлев является гражданином России.
Что не исключает наличие у него еще и паспорта Канады, Монако, Израиля и т.д. и т.п.

Цитата: Комсомольская правда от Сегодня в 11:00
А далее, предъявите пожалуйста доказательства его вины, и мы сами его накажем.
Делягин издевается над нами? Наличие нескольких миллиардов долларов США само по себе есть доказательство его вины перед русским народом!


Олег
Делягин давно не удивляет. А несчастненький олигарх, с абсолютно честным лицом и деньгами, конечно лучше будет смотреться в нашей тюрьме, но по другим обвинениям, кстати, более тяжким.


Борис Митрофанов
Я тоже считаю, что мы должны единиться с опальными олигархами. Тем более, нас объединяет с ними не только общее гражданство и радость за достижения их футбольных клубов, но и тот факт, что их состояния, пока не были украдены ими, не так давно были общенародной собственностью, и принадлежали не только им, но и нам.
То есть, мы с ними - почти что братья.
Жаль только - что не они с нами. :-)


Алексей Булатов
Есть мнение, что у этого олигарха просто отжимают часть бабла, которое хранится в швейцарских банках.
Решил вывести эти средства куда то? Не позволили.
Экспроприация экспроприаторов.

П.С. Ничего личного. Это капитализм. Ну а то, что хороший человек и успешный благотворитель и меценат -экспроприаторов не интересует. С другой стороны...он же западник, но родился в коммунистическом СССР. Это минус для западников.Олигархи когда перестанут надеяться на помощь от своих забугорных типа помощников?


Сергей Федулов
Должны защищать всех российских граждан, включая безвинно осуждённых и удерживаемых в тюрьмах многих стран за рубежом. Бесспорно!

Только пора переходить к такой практике: на каждого задержанного нужно ответно удерживать любого гражданина той страны, в которой проведено незаконное удерживание (начинать можно с консульских сотрудников). А то Бут, Бутина, Ярошенко, Селезнёв ... - все они сидят в тюрьмах других государств, а должны сидеть в России (если их вина действительно доказана)! Как Россия их права защищает? Ведь их право отбывать наказание в России!


Владимир Соловьёв
Казалось бы. Какое мне до него дело? А всё равно приятно.


Василий Тимирязев
Хоть в деле наказания олигархов за грехи нам помогут, раз уж мы не можем. И то хлеб :)


Лев Чиполо
Хорошо бы государство расейское стало бы защищать и оберегать граждан российских безвыездно проживающих на его территории. А то как защищать, так олигархов. Как налоги и поборы увеличивать, так с тех, кто не попал в список Форбс.


Илья Ионов
Добиться разве для того, чтобы эта сука тут сидела, это я согласен.


nihilist
Сначала бизнесмен Рыболовлев приватизировал "Уралкалий", а потом успел выйти в кэш раньше, чем основной актив затопило. И с пятью лярдами кэша решил он жить широко и красиво: купил футбольный клуб и дорогих картин. Потом он узнал, что клуб немного убыточный, а за картины он переплатил вдвое, причем аукционный дом явно участвовал в процессе обувания лоха. Тут бы ему проявить щедрость и просто наслаждаться искусством, но он полез в бутылку: попытался судиться с сосватавшим ему картины Бювье. И тут выяснилось, что в Европе на мошенника нельзя собирать компромат без санкции суда, иначе впаяют вмешательство в частную жизнь. Да еще и на адвокатском телефоне с компроматом на Бювье оказалось то, что может расцениваться как компромат на самого Рыболовлева. Ну и при чем здесь РФ?


Vimberg
НовоЯз: "торговля активным и пассивным влиянием", ох как бы он у нас пришёлся кстати!
А Делягин мне кажется потроллил: не начнём сами стричь своих овец, постригут другие. С коррумпированной овцы и шерсти клок пригодится! Так что сначала пряники, а ножницы потом.

отсюда

---
На мой взгляд, Делягин-таки потроллил, хотя кампания в защиту ворюги Рыболовлева явно началась, так что тут похоже на сидение на двух стульях сразу, но дело вовсе не в Делягине, а в том, что российское ворье начинают активно доить зарубежом.

Проблемы у Дерипаски, Вексельберга, Абрамовича - и это только то, на слуху, на поверхности, а сколько их таких, кто льет сейчас "невидимые миру слезы"?
А о скольких таких жуликах и бандитах, смывшихся с награбленным зарубеж, а там благополучно ограбленных партнерами, мы никогда не узнаем и не порадуемся наказанию?

Конечно, плохо то, что все, украденное здесь, на что теперь покупаются замки, яхты и картины там, не вернется в Россию, но вот то, что иуд начали потихонечку раздевать и потрошить, вызывает двоякие чувства: а) это должны были бы делать мы, б) мы неспособны этого сделать и потому пусть хоть другие, даже на недружественные и действующие в своих интересах.

При все том, при кажущейся ясности картины, есть еще одна опасность - государство, давно приватизированное подельниками рыболовлевых, может попытаться компенсировать ему убытки, снова ограбив население, как это уже делалось в случае с дерипасками и вексельбергами, поскольку, как повторяет г-н, похожий на президента, "мы своих не сдаем", а данный вор для них - свой, из шайки.

В общем, не все так просто, как кажется, граждане, правда?
А вы как считаете, нужно ли РФ защищать Рыболовлева?

КАК ПОСТУПИТЬ РФ В СЛУЧАЕ С РЫБОЛОВЛЕВЫМ?

пусть сидит там, где накосячил
8(23.5%)
пусть выдадут сюда - сами разберемся
1(2.9%)
надо защищать российского гражданина, даже олигарха
0(0.0%)
если честно, то, поскольку здесь его не посадят, пусть хоть там посидит ворюга
9(26.5%)
а) сделать революцию, б) вернуть рыболовлева, в) конфисковать награбленное здесь, г) судить ревтрибуналом, д) привести приговор в исполнение
16(47.1%)
иное в комментах
0(0.0%)

---
Кстати, один любопытный художественный нюанс, я бы даже сказала, символичный и выходящий далеко за рамки искусства, читайте, это материал от 15 ноября 2017-го года, как мы все помним, года 100-летия Октября и явления миру красного Спасителя -

450 млн долларов! «Спаситель Мира» да Винчи – самая дорогая картина планеты
Картина «Сальватор Мунди» или «Спаситель Мира» — 500-летняя работа, уверенно приписанная Леонардо да Винчи, — продана 15 ноября 2017 года на аукционе Christie’s в Нью-Йорке за 450 млн 312 тыс. 500 долларов (включая премию). Изображение Иисуса Христа, которое уже окрестили «мужской Моной Лизой», стало не только рекордсменом среди живописных произведений на публичных торгах, но и самой дорогой картиной на планете.
[Spoiler (click to open)]

Ныне известно лишь менее чем о 20-ти картинах гения Возрождения, и «Спаситель Мира» — последняя, остающаяся в частных руках. Другие принадлежат музеям и институтам.

Битва ставок

Работу называют «величайшим художественным открытием» последнего столетия. На торги в главном аукционном зале Рокфеллер-Центра собралась почти тысяча коллекционеров, антикваров, советников, журналистов и зрителей. Ещё несколько тысяч следили за продажей в прямом эфире. Битва ставок началась со 90 млн долларов и длилась менее 20 минут. После того, как цена превысила 200 млн долларов, сражение вели лишь два претендента. Цена в 400 миллионов, названная покупателем по телефону, стала финальной (ещё 50 миллионов составила премия и другие сборы).

На данный момент личность нового владельца исторический картины — включая пол и даже регион проживания — сохраняются в тайне.

Самая дорогая картина в мире

Предыдущий рекорд на открытых торгах установило полотно Пабло Пикассо «Алжирские женщины (версия О)» — 179,4 млн долларов на распродаже Christie’s в Нью-Йорке в 2015 году.

Наиболее высокая цена за работу какого-либо из старых мастеров была заплачена на торгах Sotheby’s в 2002 году — 76,7 млн долларов за «Избиение младенцев» Питера Пауля Рубенса. Полотно принадлежит частному коллекционеру, но выставлено в Художественной галерее Онтарио в Торонто.

А самой дорогой работой самого да Винчи стал рисунок серебряной иглой «Лошадь и всадник» — 11,5 млн долларов на распродаже в 2001 году.

Между тем, «Спаситель Мира» стал не только самой дорогой картиной, проданной на открытом аукционе, но и в целом на планете. До недавнего времени первенство оспаривали полотна Поля Гогена «Когда свадьба?» и «Обмен (Interchange)» Виллема де Кунинга — оба были куплены в частных сделках за 300 млн долларов (цена, заплаченная за первое произведение, ныне поставлена под сомнение; подробности читайте в нашем отдельном материале).

С учётом судебного разбирательства вокруг работы французского постимпрессиониста, топ-5 самых дорогих картин теперь выглядит так:

1. «Спаситель Мира», Леонардо да Винчи (450,3 млн долларов в 2017 году; открытые торги);
2. «Обмен», Виллем де Кунинг (300 млн долларов в 2015 году; частная сделка);
3. «Игроки в карты», Поль Сезанн (259+ млн долларов в 2012 году; частная сделка);
4. «Когда свадьба?», Поль Гоген (210? млн долларов в 2014 году; частная сделка);
5. «Номер 17А», Джексон Поллок (200 млн долларов в 2015 году; частная сделка).

Творение Леонардо да Винчи возглавляет и список самых дорогих живописных произведений, реализованных публично (в отличие от объектов закрытых сделок, их цена известна наверняка). За ним следуют уже упомянуты «Алжирские женщины» Пикассо, на третьем месте — «Лежащая обнажённая» Амедео Модильяни (170,4 млн долларов в 2015 году), на четвёртом — «Портрет доктора Гаше» Винсента Ван Гога (82,5 млн долларов в 1990-м). С учётом инфляции, последний шедевр ныне оценивается в 151,2 миллиона, а потому «Три наброска к портрету Люсьена Фрейда» Фрэнсиса Бэкона, проданные в ноябре 2013-го за 142,4 млн долларов, считаются пятыми в этом перечне.

Провенанс

Хотя нынешний владелец «Спасителя Мира» пока сохраняет инкогнито, имя продавца известно. Это миллиардер российского происхождения Дмитрий Рыболовлев — шеф футбольного клуба AS Monaco. Панель он приобрёл через своего швейцарского арт-дилера Ива Бувье, которого теперь обвиняет в обмане на сотни миллионов долларов при сделках вокруг произведений искусства. Картина Леонардо была одним из камней преткновения в этой судебной битве.

Бувье купил работу в Sotheby’s за 80 млн долларов в 2013 году и через несколько дней перепродал российскому магнату уже за 127,5 миллионов, получив в результате цепочки афер прибыль в 47,5 миллионов. Сам арт-дилер все обвинения отрицает.

При исследовании провенанса экспертам удалось выяснить, что «Спаситель Мира» был продан в 1958 году как предполагаемая копия всего лишь за 45 фунтов стерлингов (60 долларов в нынешних ценах). После этого он исчез на десятилетия и вновь появится на региональном аукционе США в 2005 году уже без атрибуции. Предположительно, цена составляла менее 10 тыс. долларов. В 2011 году, спустя годы исследований и реставрации, картина появилась на выставке в Национальной галерее в Лондоне, что окончательно закрепило за ней авторство Леонардо да Винчи...

https://artchive.ru/news/3001~450_mln_dollarov_Spasitel_Mira_da_Vinchi_samaja_dorogaja_kartina_planety

---
Так вот, Спаситель мира, купленный ворюгой Рыболовлевым втридорога у арт-жулика, а потом втридорога же проданный какому-то другому вору, на мой взгляд, более чем символичен - ведь шедевр гения с таким названием становится игрушкой в руках бандитов, ограбивших и убивших миллионы людей, ради того, чтобы завладеть миллиардами, на которые они теперь покупают великие картины...

Что это - как не приговор капитализму, не только российскому, но и мировому, который на костях и крови сотен миллионов вершит свои сомнительные махинации со всем на свете, включая ценности культурные и духовные, которые в его руках тоже превращаются в инструмент наживы и только?

Явится ли новый Спаситель мира и можно ли вообще спасти этот мир, погрязший во грехе стяжательства и безнаказанности убийц и грабителей?
Кто станет таким Спасителем?
Новый Иисус из Назарета?
Новый Ленин из России?


Спаситель Мира (Сальватор Мунди)
Леонардо да Винчи

UPD
Неожиданное мнение в комментах, в защиту Рыболовлева (не от кремлебота) -
[Spoiler (click to open)]

alba_tros_57
7 ноября 2018, 19:09:27
Лично я к данному господину дышу не ровно.
Любая компания - это портрет лидера. Скажем работал я в структуре АФК Система. Там генерируется стравливание, интриги и макиавеллизм. Это идет от Евтушенкова - таково его отношение к жизни. Ну считает он так - чтобы успех - это надо чтоб сотрудники друг другу глотку резали. Не одобряю.
...Лично с Дмитрием познакомиться не удалось - а вот с его нынешней командой - да. И скажу вам - две большие разницы. Доброжелательность, сотрудничество... Возможно, это по наследству досталось - от Аристо Анасиса еще. Но ведь и в МТС/АФК слияния были. Приходилось наблюдать как это все быстро меняется к аду...
... теперь взгляд со стороны. Я не считаю сделки по IPO выкуп Уралкалия грабежом. Это спекуляция, M&A - дело рисковое и крайне трудное.
Многое в карьере Дмитрия Евгенича вызывает если не уважение, то восхищение.
Первым стал депозитарием. Первый получил настоящий европейский русский банк - даром что кипр
Не входил ни в банду как Путин и его дружки, ни в партноменклотуру как Потанин или папа Керимова.
Действует он дерзко, рискованно. Причем во всех областях - и в удобрениях и недвижимости и в живописи теперь.
Он вывел Монако-клуб в первые места Франции - это его личный организаторский вклад. Кстати, там и наши футболисты играют.
Уверен, что и с островом Аристо у него все получится - это будет и эко и для ... Впрочем - об это рано говорить пока.
Знает, что делает - не надо за него волноваться. И из этой ситуации выкрутится - не такое решал.
На мой взгляд - Дмитрий совсем не подходит на роль типажа для черной критики. Не всякий миллиардер злодей.

---
Согласны с доводами защитника Рыболовлева?

Николай Караченцев - один из нас...


Николай Караченцев...
Один из плеяды блистательных советских артистов, лучший из великолепной команды ленкомовских красавцев и талантищ.
Самый яркий, самый органичный, самый обаятельный, самый простой и душевный, близкий каждому, парень из соседнего подъезда, не роковой красавец-сердцеед Янковский, не сногсшибательный всесоюзный секс-символ Абдулов, нет, свой, родной, плоть от плоти, кровь от крови, один из многих нас...
Вот в этой песне он весь -

Караченцев, при всей сумасшедшей популярности и, казалось бы, востребованности, все же совершенно не реализовал свой глубинный потенциал актера поистине народного, русского до мозга костей, выразителя и носителя лучших национальных качеств.

Ему бы играть и играть русскую и советскую классику, роли масштабные, фигуры исторические, но - не предлагали, не дали даже сыграть аллегоризированный образ "советского солдата", как Олялину, например, или "русского интеллигента", как Любшину, стать олицетворением и воплощением одного из архетипов национального...

Почему? Может быть, потому, что тогда, когда он стал популярным, уже начал реализовываться тайный план постепенной ползучей вестернизации социокультурного пространства России, приведший впоследствии к печальным результатам, известным нам всем не понаслышке?

Так или иначе, Николай Караченцев, в лучших своих ролях, как, например, в Старшем сыне, явил нам типаж русского национального характера, русской души совершенно лесковского плана сложности и глубины, а органика его существования в образе делала его персонажей необыкновенно близкими каждому русскому человеку, позволяя мгновенно идентифицировать себя с ними.

И в то же время он был типичным советским героем, но не с плаката, а обычным неотретушированным человеком, человеком из толпы, узнаваемым типажом коллеги, друга, соседа, знакомого, попутчика в поезде, однокашника и однокурсника, одним из нас, тогда еще воспринимавших себя как единую общность, "советский народ"...
Он ушел - и с ним ушел еще кусочек памяти о нашем советском детстве, для кого-то - юности...

Последнее прости от журналистов -



Для, кстати, меня лучшей ролью Караченцева была именно роль в Старшем сыне, по пьесе великого нашего драматурга, Вампилова, фильме великолепном, совершенно недооцененном, необыкновенно глубоком и светлом, при всей драматичности повествования и трагикомичности сюжета, на первый поверхностный взгляд смахивающем на комедию положений, а на деле являющемся художественным портретом традиционной ячейки российского общества ...

Пересмотрите его сегодня, возможно, вы многое поймете о нас тогдашних и нас, теперешних -

Русский советский актер, Николай Караченцев...
Спасибо, что был у нас, что был с нами, что был одним из нас.
"Не говори с тоской - их нет, но с благодарностию - были"

Русские мужики в погонах и крестах - как видят себя пропагандоны?

Граждане, вот вам пятничное, смешное до колик, от пропагандонов с поехавшей, от перенапряжения из-за необходимости оправдывать пенсионную реформу, крышей, держитесь за стулья, чур не падать -

"Про нас, мужики!" by matveychev_oleg.

---
Я даже не берусь это комментировать - присвоить себе все завоевания доблестных предков в духе "мы пахали" и объявить себя, паразитирующих и транжирящих созданное ими, их наследниками?
Да еще из чьих уст мы это слышим - людей, ни дня не работавших, иначе как на ниве информационной проституции, т.н. политологов-пиарщиков вроде матвейчевых, холуев либерально-компрадорской власти?

Вот он, если что, мундира не хватает явно, всем геббельсам, чтобы скрыть далекую от арийских идеалов фактуру, мундиры позарез необходимы  -
[смотреть еще]






---
Вот вам последние образцы творчества либерального профессора ВШЭ, по совместительству сетевого пропагандона АП -
Collapse )
Если кто все еще не в курсе - именно в ВШЭ разрабатываются все самые людоедские планы либеральной власти и именно она является кузницей кадров наших элитных и чиновных компрадоров и коррупционеров...

И да - русские мужики есть, конечно, и мы их еще увидим, в ближайшее время, быть может, но вот уверенность либеральных кремлеботов в том, что они-то и являют собой идеальный тип русского мужчины-былинного богатыря, да еще оговорочка по Фрейду насчет мундира с георгиевскими крестами - должна заставить задуматься, отсмеявшись...

Вот портрет классического пропагандона - и не стоит себя обманывать...

Это - типичный портрет либерального путинского пропагандона.

А русские мужики, если кто позабыл, выглядят вот так -

Или так -

Или даже вот так изначально -

"Нелюбимый" художник - красный иконописец, пророк, авантюрист, русский романтик-реалист...



Кузьме Петрову-Водкину в 2018-м 140 лет  и все лето в Русском музее его выставка, на которую я, скорее всего, не попаду, а жаль, ну хоть пост напишу, о не самом любимом своем, да что там, вовсе не любимом живописце.
То есть, таковым он был в юности и только очень постепенно я увидела в нем массу достоинств, поначалу незамеченных или отвергаемых сходу, это же не великолепные передвижники с их жгучей  социальностью в драматургии каждого сюжета, берущей за сердце и не волшебные импрессионисты с эмоциональной поэтичностью в каждом взмахе кисти...

В общем, это имя знают все, но мало кто искренне и горячо любит этого художника, мне лично не встречались таковые, во всяком случае.
Однако же, попробую заинтересовать тех, кто наберется терпения и любопытства прочесть этот пост до конца, думаю - они переменят свое мнение о художнике, как это сделал Репин, кстати, сначала назвавший его работы мазней недоучки-сапожника, а потом заявививший - "Талантище!"...

Как ни странно, но  глубже понять и принять его творчество можно, ознакомившись с автобиографией...
Кем он был - этот художник с алкогольной фамилией?
Художник-самородок из российской глубинки, который объехал пол-Европы на велосипеде, подверг критике великих мастеров Возрождения, посочувствовал русским женщинам и возвел простые человеческие ценности на иконостас.
Своим творчеством он пытался объять необъятное, измерить и структурировать бесконечность вселенной и показать, что все живущие существа — части огромной космической системы, пульсирующего в едином ритме организма.
Вряд ли  получится рассказать об уникальном пути Петрова-Водкина — не только художника, но и писателя — лучше его самого.
Поэтому вот цитаты из его автобиографических повестей «Хлыновск» и «Пространство Эвклида», которые помогут лучше понять, каким видел мир их автор.
[Spoiler (click to open)]
Кузьма Петров-Водкин в цитатах

Петров-Водкин родился в селе Хвалынске, недалеко от Саратова, в семье бывших крепостных. Ощущение космичности жизни, сквозящее в его картинах, корнями уходит в родительскую семью:

«Сильно и долго бороздили детское сердце эти образы <...> Мать так же остро, поселяя в них человеческие переживания, относилась к пейзажу, растениям и в особенности к животным, космос для нее был единым целым с огромным бьющимся человеческим сердцем внутри его».

В доме купца Михайлова, где работала мать Петрова-Водкина, был прекрасный цветник. Там художник впервые проникся отношениями между разными оттенками цветового спектра:

«Здесь я на ощупь, вплотную научился понимать законы роста и цветения растений, прихоти развертывавшейся розы и готовую к лопанью почку и борьбу с земляными условиями кочана капусты. И здесь я получил ощущения цветовых спектров в переливах и перекличках между кровавыми бегониями, нежными левкоями и пестротою анютиных глазок. Здесь, любовью человека поощренный, разлагался во всех нюансах солнечный спектр в лепестках, венчиках и в шапочках цветов и вспыхивал пурпуром, синевою и желтым на корпусном сложном, зеленом цвете листвы».

Кузьма Петров-Водкин в цитатах

В начале творческого пути Петров-Водкин пытался писать иконы под руководством хвалынских старцев. «Пытался» — потому что лики его святых получались слишком человеческими, слишком живописными:

«Вот это слово — живописное — и было сущностью моего расхождения с линией Филиппа Парфеныча. Подзадоренный самими материалами, я еще полусознательно, но уже тянулся к полному, непосредственному использованию живописи. Эта тяга, верно, и провела меня в дальнейшем сквозь дебри рутинных навыков, как светских, академических, так и иконописных».

Однажды Петров-Водкин упал. И, падая, получил неожиданный метафизический опыт, ощущение, которое заложило основу для всего последующего творчества со сферической перспективой и высоким горизонтом:

«Я увидел землю, как планету <...> Я очутился как бы в чаше, накрытой трехчетвертышарием небесного свода. Неожиданная, совершенно новая сферичность обняла меня на этом затоновском холме. Самое головокружительное по захвату было то, что земля оказалась негоризонтальной и Волга держалась, не разливаясь, на отвесных округлостях ее массива, и я сам не лежал, а как бы висел на зеленой стене».

Некоторое время молодой Петров-Водкин подрабатывал, делая вывески для магазинов и лавочек родного села. От наставника-вывесочника он впервые узнал о существовании великих мастеров и высокого искусства:

«Вывесочник не мог намекнуть мне о сущности искусства, потому что и сам о нем смутно мыслил, но он развернул передо мною существование этой области и что в ней имеются работники высокого мастерства, отдающие искусству свои жизни. Своим ухарством и фамильярностью с краской он огорчал меня, но этим же самым приспустил живопись на землю, опростил ее, после чего она показалась мне менее недосягаемой для моих сил».

Кузьма Петров-Водкин в цитатах

Один из «фирменных» приемов в картинах Петрова-Водкина — взгляд на происходящее на холсте как бы с разных позиций: предметы изображены то ли глазами персонажей, то ли одновременно из космоса и вблизи. Этот прием он разработал сам:

«Не смел я не доверять мастерам педагогики, но про себя думал: что-то здесь не так! Или мудрецы скрывают от меня правду, или глаза мои ошибаются. Я начинал зажмуривать то один, то другой глаз <...> И эта гимнастика вновь говорила мне, что я прав, хотя и не знал способа, который помог бы мне обозначить магическую иллюзорность вещи».

Главные цвета на полотнах Петрова-Водкина — красный, синий и золотисто-желтый. Часто именно из-за этого триколора его работы сравнивают с древними новгородскими иконами. К краскам он относился с большим уважением, а к выбору оттенков и тонов — с трепетом:

«Наблюдателю не домыслить, что ультрамарин — это для спорящих не просто химический препарат, а выразитель всей синей гаммы от Джотто до Александра Иванова, от весеннего неба до бархатной синевы ночи. Что он и в голубых глазах девушки и в обертке для сахара, и что берлинская лазурь так же далека от ультрамарина, как пошляк от остроумного человека. Что все наши чувства разложены в гаммах цвета и в форме».

Кузьма Петров-Водкин в цитатах

Петров-Водкин ставил под сомнение авторитеты мастеров прошлого и достижения современников. Он осознавал, что в его руках рождается совершенно новое, не существовавшее ранее искусство:

«Если мои друзья уже обосновались в своих стилях, то у меня стиля работы не было: не зная, какой должна стать моя работа, я знал, что она должна стать иной. Я не вобрал в себя ни одного из окружающих меня мастеров и никого из исторических, как это сделали многие из сопутствующей мне молодежи: я самодельничал. Благодаря этому, вероятно, и удалось мне не застрять на чем-нибудь, наскоро состряпанном во мне, и иметь возможность при других условиях и в другом, международном окружении двинуть себя по живописи ближе к ней и уйти глубже в себя».

Образ женщины, матери, заступницы — один из ключевых в картинах Петрова-Водкина. Женское начало в его работах светлое и лучистое, как лик Богоматери. Даже его простые работницы и крестьянки приобретают ореол святости, а иногда даже мученичества. «Истязание жен было обычным явлением у нас в городе», — пишет он. Крики женщин, доносившиеся с ночных дворов, Петров-Водкин сравнивает с воем шакалов на луну:

«Поразительно похоже на женские голоса выли они на осеренную еще неулегшейся дневной пылью луну <...> Если бы это был не человеческий голос! Если бы это была не мать, не сестра, не дочь!.. И снова захлопнет сверху бархатным сводом, задушит зноем июля, и некуда деться и нечем помочь, и сам внутри начинаешь скулить, выть от жалости и страха перед кошмарами жизни».

Кузьма Петров-Водкин в цитатах

Расцвет творчества Петрова-Водкина пришелся на Великую Октябрьскую революцию. Художник, который презирал закостенение и стагнацию, все же относился к происходящему с настороженностью. Стихийное явление, захватившее страну, было одновременно и завораживающим, и пугающим:

«Набросала история в котел русской снеди, и забродило по кругам котла содержимое. Легковесное скопилось наверху, опенилось будущим наваром. И вот снизу, один за другим, забулькали пузыри, вынося на поверхность крупинки. „Это я“, — успевала только вскрикнуть одна из них, подброшенная снизу, как ее сменяла другая, третья: „Я, я, я“; с „буль, буль, буль“ смешивалось уже ворчание котла в мычание: „Мы, мы, мы...“ Куда расплеснется раскипевшийся котел, сколько хлама разбросит он по золовому поду печки? <...> Потомки наши со временем разберутся от винтика к винтику в событиях; доисследуются до первопричины: почему закипел котел и почему вообще котлы кипят; моя задача — в том, чтоб посильно показать живой материал, из которого строился я и мои однолетки...»

Задачи и цели изобразительного искусства Петров-Водкин видел не в развлечении, а в нравственном преображении, в духовном развитии и росте:

«Для меня намечается с тех пор, что живопись — не забава, не развлечение, что она умеет каким-то еще неизведанным мне образом расчищать хлам людского обихода, кристаллизировать волю и обезвреживать дурное социальных взаимоотношений».

Вектор творчества Петрова-Водкина всегда был устремлен куда-то в неизведанное будущее. Современники называли его пророком, потому что видели в его картинах символы происходивших в мире изменений. Сам он, правда, не всегда это осознавал — но всегда остро интуитивно чувствовал. .

источник


Вообще же, про свое отношение к линии времени говорил так: «Прошлое здесь только для того, чтобы от него рикошетом возникло современное»...

А  вот 10 удивительных фактов из его биографии, тоже раскрывающих "нелюбимого" художника с неожиданной стороны ...

[Spoiler (click to open)]
1. История происхождения фамилии знаменитого художника

Дед Кузьмы Сергеевича был в свое время также знаменитостью, прославившимся своим неуемным пристрастием к алкоголю. Весь город знал историю, о том как дед Петр, зарезав свою жену кроильным ножом, сам скончался в течение нескольких часов. Но город Хвалынск также хорошо знал и отца Кузьмы, который был великолепным сапожником, при том — совершенно не пьющим.

А всех потомков того самого деда Петра, любителя «беленькой», называли то «Петровыми», то «Водкиными». А в итоге два прозвища соединили в одну фамилию Петров-Водкин. И Кузьме Сергеевичу, отпечаток этой не слишком почетной фамилии, пришлось нести всю жизнь.

Красный всадник. Автор: К.С. Петров-Водкин.

2. Первая проба кисти юного дарования

С детства Кузьма был знатным выдумщиком и фантазером, он мог придумывать такие правдоподобные истории, что все вокруг диву давались. А однажды в кладовой попались ему на глаза горшки с масляной краской и кусок белой жести, на которой и был написан первый пейзаж юным талантом. Баба Арина, увидев творение внука, забрала его со словами: “Это поставим на могиле дедушки Федора. Будет и о тебе ему память”.

Вася. (1916). Автор: К.С. Петров-Водкин.

Следующая работа была нарисована по особому случаю. Как то Кузьма заплыл чуть не на средину Волги, а обратно — не хватило сил. Волей случая, тонущий Кузьма был спасен перевозчиком Ильей Захаровым, который через неделю сам утонул, спасая какого-то бедолагу. И тогда мальчик взял жестяную пластинку и нарисовал качающуюся на волнах лодку, головы тонущих людей, небо и зигзаги молнии, а в углу подписал: “Погибший за других! Вечная тебе память!”. Так Кузьма впервые проявил себя в искусстве живописи

3. Неудавшийся иконописец

Еще будучи учеником четырехклассного городского училища, юноша познакомился с двумя местными иконописцами. И с интересом наблюдая за тем, как создаются иконы, Кузьма пробует сам написать святой образ масляными красками. Но батюшка не принял его икону: «Уж больно твоя Богородица похожа на реальную бабу с ребенком! И глазами зыркает, словно мужика ищет. Сущее непотребство!». Эта работа Кузьмы конечно же не сохранилась, а впоследствии к этому образу он обращался не единожды.

Петроградская мадонна. (1918). Автор: К.С. Петров-Водкин.

4. Провидение судьбы
Портрет матери. Автор: К.С. Петров-Водкин.

Мать художника была горничной в доме купцов Казарьиных, и однажды ей удалось показать рисунки своего одаренного сына архитектору Мельцеру, которые его очень заинтересовали. Вскоре архитектор увез Кузьму в Петербург, где тот начал обучаться в Центральном училище технического рисования. А за учебу и проживание оплачивали все те же Казарьины — по 25 рублей ежемесячно.
В 1897 году Петров-Водкин переехал в Москву и поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где преподавателем его был Валентин Серов.
Петров-Водкин Кузьма Сергеевич (1878-1939).

5. Великий авантюрист: «Богатый хитер на деньги, а голь — на выдумки».
Автопортрет. Автор: К.С. Петров-Водкин.

Авантюризм Петрова-Водкина не знал границ. Обучаясь в Москве, Кузьме приходилось ездить на каникулы в свой родной Хвалынск. И это было тогда, когда некоторые его соученики ездили на этюды за границу.
И вот однажды, во время очередных каникул в одной из московских газет Кузьма прочел, что издательство пообещало оплатить поездку в Европу тому, кто отважится «добраться из Москвы до Парижа на новом модном средстве передвижения — двухколесном велосипеде». Кузьма подбил своего приятеля Владимира Сорохтина на эту авантюру, и они отправились в дальнюю дорогу.
В Европу на велосипедах.
Путь от Москвы до Варшавы они с другом проехали за 12 дней — это по 100 верст в день. Стертые в кровь руки и ноги, сломанный велосипед не смогли остановить отважных парней. До Германии добирались, чередуясь между собой: то поездом, то велосипедом. А о Париже пришлось пока забыть.
В Мюнхене в знаменитой рисовальной школе Антона Ашбе училось много русских начинающих художников: Билибин, Грабарь, Кандинский. И Кузьме снова сопутствовала удача: новые друзья собрали для него немного денег, которых оказалось достаточно на пару месяцев занятий и на обратный билет в Россию.

6. Художник из глубинки России и парижанка Мара Йованович
«Портрет М.Ф.Петровой-Водкиной». (1906). Автор: К.С. Петров-Водкин.

А вот в Париж художник смог попасть только через пять лет. Кузьма так стремился в этот город как будто знал, что встретит там свою любовь. И действительно, это путешествие полностью изменило его жизнь. Едва познакомившись с дочерью владелицы недорогого пансиона — Марой, 27-летний художник вначале предлагает написать ее портрет, а вслед за этим — руку и сердце.
Кузьма Сергеевич и Мария Фёдоровна. Париж. 1908 год.

Осенью 1906 года молодожены, расписавшись в мэрии, отпраздновали гражданскую свадьбу. Некоторое время жили в Париже, а до того как выехать в Россию Кузьма Сергеевич успел еще посетить и Северную Африку, о которой впоследствии рассказывал столько небылиц, что слушатели даже не верили в то, что он вообще там был.
А своей любимой Маре — Марии Федоровне он из далекой Африки писал трогательные строки: «Ты первая заполнила одиночество моей жизни. Я был для других как пророк, всегда сильный и радостный, для которого не существовало страдания, но сам я замерзал. Я нашел на Земле женщину. Наши сердца открыты друг для друга. Теперь мы перенесем все, что пошлет нам жизнь, так как нас двое и нам нечего страшиться на Земле ни за себя, ни за нашу любовь».
Семья Петровых-Водкиных.

В тридцать семь лет Мария Федоровна родит дочь Леночку. И Кузьма Сергеевич сам вне себя от счастья заявит:« Я был наполовину человек, не испытав этого! Теперь мне есть для чего жить!»
«Семейный портрет (Автопортрет с женой и дочерью)». (1933). Автор: К.С. Петров-Водкин.

7. «Талантище…»

Даже Илья Репин, который был демократично снисходителен к художникам из народа, впервые увидев живопись Петрова-Водкина, не сильно пожаловал новичка, а постарался побольнее уколоть «кухаркиного сына»: «Это не искусство! Это возмутительное безобразие неуча, сапожника, человечишки с рабьей душой!». Но пройдет всего лишь несколько лет, и в 1912 году на показе знаменитого полотна “Купание красного коня” тот же Илья Ефимович, переменив свое мнение о Петрове-Водкине, заявил: «Талантище…».
«Купание красного коня». (1912). Автор: К.С. Петров-Водкин.

8. Пророк.

Прославился Петров-Водкин и необыкновенным даром пророчества.
В его жизни было множество удивительных случаев, когда мимоходом брошенная фраза становилась пророческой. В 1918 году, завершив работу над полотном «Сельдь», был поднят коллегами на смех: «Водкин рисует селёдку!».
В ответ он лишь проворчал: «Это паёк блокадного времени». А ведь до блокады Ленинграда оставалось 23 года, и он как бы мысленным взором уже видел эту блокаду.
«Сельдь» (1918). Автор: К.С. Петров-Водкин.

9. Петров-Водкин — писатель

В 1929 году случилось так, что Кузьме Сергеевичу врачи запретили работать с красками. Туберкулез, которым он болел уже с десяток лет, начал прогрессировать, а испарения красок усугубляли болезнь. Художник, измаявшись от бездействия, решается попытать писательского счастья. Он одним махом напишет два автобиографических романа: “Хлыновск” и “Пространство Эвклида” и попытается их сдать в издательство. Но Максим Горький на корню зарубит писательский талант Петрова-Водкина: “Выдумывает так плохо, что верить ему невозможно. Его книги являются вместилищем словесного хлама”. И так как Горького считали непререкаемым авторитетом, для Кузьмы немедленно закрылись двери всех издательств.Автопортрет. Автор: К.С. Петров-Водкин.

10. Взаимоотношения с Советской властью

Петров-Водкин с первых дней революционных событий был активным участником художественной жизни страны Советов. Много сил он отдал преподавательской деятельности, разработке новой теории живописи. И за его труды в 1930 году ему было присвоено звание заслуженного деятеля искусств РСФСР...

Надгробный памятник Кузьмы Петрова-Водкина.

А знаменитое полотно “Купание красного коня” оказалось в Мальме (Швеция) и возвращено было в Россию лишь в конце 40-х годов. И благодаря старанию вдовы художника это знаменитое полотно было отреставрировано и передано в Третьяковскую галерею.

источник

---
Кстати, в начале поста - фрагмент картины "После боя" 1923-го года.
Нетрудно заметить композиционную близость этого произведения с известнейшим полотном одного великого русского художника, жившего задолго до Петрова-Водкина.
Кто этот художник и что это за картина?

И еще один вопрос - на засыпку, для самых пытливых и любознательных или сведущих...
Кто или что было главным героем многочисленных натюрмортов нашего героя?

(пламенный привет тов. Колыбанову:))

Гений русского пейзажа Федор Васильев - "посредник между природой и людьми"...

22 февраля был день рождения уникального русского художника, лучшие картины которого видели все, а вот о нем самом знают не так много и даже путают его с однофамильцем...
Художник этот, один из моих любимейших, великолепный и непревзойденный пейзажист - Федор Васильев, чью  жизнь  можно сравнить со вспышкой яркого чистого и ровного света.

За свои двадцать три года он смог преобразить русский пейзаж, создав особый «лик» русской природы, который стал своеобразным национальным символом, а названия его картин - самостоятельными брендами.
В его гениальности никто никогда не сомневался, она была очевидна для всех, а творчество его до сих пор проникает в душу каждого из нас с первого же соприкосновения с ним.

Одной из причин удивительно тонко чувствующей души была, вероятно, драматическая биография, сделавшая восприятие обостренным, сердце трепетным, а глаз зорким, почитать о нем и насладиться его пейзажами стоит...[Spoiler (click to open)]

Биография Ф. А. Васильева

Федор Александрович Васильев родился в 1850 году в Гатчине (бывшей резиденции императора Павла I (1754-1801)) под Петербургом в семье бедного чиновника Александра Васильевича Васильева. Вскоре после рождения сына Федора семья переезжает в Петербург.

Переезд только ухудшил ее материальное положение: большую часть заработка отец пропивал и проигрывал в карты. В 12 лет Федор устроился работать на почту. Заработанные деньги он ежемесячно отдавал матери на ведение хозяйства. Рисовать мальчик мог только вечерами или по выходным. После смерти отца Федор (ему в ту пору было пятнадцать) становится единственным кормильцем для матери, сестры и двух младших братьев.

С юных лет забота о других вошла в привычку и сформировала целеустремленность в характере Васильева. Решив стать художником, он поступал последовательно и осмотрительно. Подростком начал посещать вечерние занятия Рисовальной школы при Обществе поощрения художников. Одновременно пошел в помощники к реставратору Академии художеств П. К. Соколову.

Дарование юноши было сразу же замечено. Преподаватель И. Н. Крамской пригласил его в Артель художников (предшественницу Товарищества передвижных художественных выставок). Молодой юноша восхищал новых друзей остроумием и искрометностью в импровизации рисунка. В Артели к Федору относились как к равному.

И. Е. Репин вспоминал:

«К нему всех тянуло, и сам он зорко и быстро схватывал все явления кругом».

Друзей удивляла его манера держать себя. По происхождению разночинец (мать Ольга Емельяновна Полынцева – мещанка, отец Александр Васильевич Васильев – мелкий чиновник), он преподносил себя, по меньшей мере, графом. Трудно представить, как удавалось молодому человеку вводить в заблуждение своим светским лоском и непринужденностью в обращении тех, кто знал его недостаточно близко. Незаконному сыну (родители жили в невенчанном браке) приходилось тяжело переживать свое «двойственное» положение.

Впоследствии, когда в семье уже было четверо детей, А. В. Васильев обвенчался с О. Е. Полынцевой, но старшие Федор и Евгения остались незаконнорожденными (отец их не признал родными, и не вписал в свои документы). В 1870 году художник получил паспорт, выданный Петербургской Мещанской управой, где его записывают с отчеством «Викторович». Предполагают, что отцом Федора Васильева вероятно являлся граф Павел Сергеевич Строганов (художника связывали с графом довольно теплые отношения).

В семнадцать лет Васильев оставляет Рисовальную школу и отправляется с И. И. Шишкиным (познакомились они годом ранее) на Валаам. Здесь молодой художник проводит плодотворно счастливые полгода. Работы, написанные на Ладожском озере, по возвращению в Петербург, были представлены на выставке ОПХ. Первая выставка принесла Васильеву славу в художественных кругах.

Художник был городским жителем. Летом 1868 года он отправился в Константиновку близ Красного села под Петербургом. Знакомство с деревенской жизнью подарило ему новые замыслы. Впечатления этого года отразились в картинах «После грозы», «Деревенская улица», «Возвращение стала».

В 1869 году за картину «Возвращение стада» он награжден первой премией на конкурсе ОПХ. Это был вполне сложившийся живописец, картины которого вызывали неподдельное восхищение. Он был исключением из правил. Считается большой редкостью в искусстве, когда юный талант становится сразу понятен публике. «Гениального мальчика» с честью принимали в аристократических кругах и среди петербургской богемы.

Граф Строганов, покровительствующий художнику, приглашает его жить в свои обширные имения на Тамбовщину и Хотень. Эти поездки сблизили Васильева с деревней и среднерусской природой. Художник описал свое отношение к деревне в письме приятелю:

«Я всем наслаждался, всему сочувствовал и удивлялся – все было ново… Из-за угла рощи вдруг выплыла деревня и приковала все внимание: крошечные, крытые соломой домики, точно караван, устанавливались в беспорядочный и живописный порядок. По улице стояли журавли (колодцы) с натоптанною около них грязью и колодою, у которой валялись свиньи, мылись дети, и расхаживала всякая домашняя тварь».

В этих наблюдениях, как и в деревенских картинах отсутствует критическая нота. Впечатления пейзажиста полны восторженности и непосредственности.

В 1870 году Васильев вместе с И. Е. Репиным и Е. К. Макаровым отправляется на Волгу.

С 1871 года художник поступает в качестве вольноприходящего ученика в Петербургскую Академию художеств. На конкурсе Общества поощрения художников он получает первую премию за картину «Оттепель».

Работы Васильева раскупаются нарасхват. Веселый по натуре, художник бесшабашно распоряжается свалившимися внезапно большими деньгами: тратит их на умопомрачительные шляпы и костюмы себе, игрушки для братьев, подарки для матери…

Богемная жизнь все больше привлекает художника. Однако он находит время и для увеселений, и для работы. Не имея крепкого здоровья (в детские годы его семья жила в сырой квартире на Васильевском острове), Федор Александрович едва выносит бешенный ритм и с легкомыслием относится к продолжительному «сухому кашлю».

Однажды зимой в 1871 году, разгорячившись от катания на коньках, он по-мальчишески съедает несколько пригоршней снега, которые в дальнейшем сократили его жизнь на десятки лет. Сразу после зимней прогулки живописец почувствовал недомогание. Чуть позже легкая простуда переросла в серьезную болезнь. Весной врачи обнаружили у него чахотку и порекомендовали лечиться на юге. Вероятно, молодой человек пренебрег советами врачей и вместо Ялты он поехал в имение графа Строганова под Сумами, Хотень. Это было в конце мая.

В июле Хотень оказалась «недостаточным югом» и художнику пришлось ехать в Крым, последнее вынужденное его пристанище. Деньги стремительно кончались. Силы истощались. Врачи запретили прогулки и перемещения из комнаты в комнату. И вот уже они советуют ему сократить работу до часа в день. В 1872 году Академией художеств Васильеву присваивается звание художника I степени с обязательством выдержать экзамен по научному курсу. В Крыму художника навещают И. Н. Крамской и П. М. Третьяков.



Состояние ухудшалось: ему было запрещено разговаривать, чтобы не утруждать горло (в последние месяцы он пользовался «разговорными тетрадями»). Болезнь одолевала, а художник надеялся на отсрочку конца, хотя жизнь уже представлялась ему конченной. Мать ничего ему не говорила, ни того, что сообщали ей врачи, ни того, о чем она догадывалась сама. По ее тихим, печальным шагам и по постаревшему лицу, Васильев все понимал.

Он тосковал по России, вспоминал о поездке с друзьями на Волгу. Вот строчки из письма И. Н. Крамскому:
«Тоскую по России и не верю Крыму».
Последние дни скрашивала работа, письма и приезды друзей. Мечтал художник когда-нибудь снова увидеть Россию, но его жизнь неумолимо угасла на руках матери. Федор Александрович Васильев умер в 1873 году на заре своей славы.

Крамской писал:
«Он умер на пороге новой фазы развития своего таланта, очень оригинальной и самобытной. Я думаю, что ему суждено было внести в русский пейзаж то, что последнему не доставало и не достает: поэзию при натуральности исполнения».
Посмертная выставка Васильева, организованная Крамским, не состоялась. Картины мастера были раскуплены до ее открытия.

художник Федор Васильев картины - 02
Пейзаж со скалой и ручьём

художник Федор Васильев картины - 03
Рассвет

художник Федор Васильев картины - 04
В церковной ограде. Старое кладбище Валаамского монастыря

Collapse )

В 1860-1870-е годы в русской живописи утвердился реализм - Васильев, Саврасов, Шишкин, Левитан, Куинджи ушли от высоких сюжетов к изображению простой, на первый взгляд невыразительной и неброской русской природы, но такой родной и берущей за душу.
Изобразив на своем полотне обычную реку, простое болото или дерево, они создавали символы русской природы и даже шире, русской жизни, наполненные глубоким смыслом, отвечающим представлениям художников о бытии страны, ее природном духовном богатстве, внутренней гармонии и силе...
[Spoiler (click to open)]

Творческий путь художника

Ф. А. Васильев привлек к себе внимание как художник в годы обучения в Рисовальной школе. О юном таланте Крамской писал:

«В рисовании и живописи с натуры он чрезвычайно быстро ориентировался: он почти сразу угадывал, как надо подойти к предмету, что не существенно, и с чего следует начать. Учился он так, что казалось, будто живет он в другой раз и что ему остается что-то давно забытое только припоминать. Работал он страстно; апатичность и рассеянность не врывались к нему в то время, когда в руках был карандаш, или, вернее, — механически, без участия сердца, он работать не мог».

Иван Николаевич Крамской был первым учителем Васильева. Вторым учителем, как утверждают современники, стал Иван Иванович Шишкин. Познакомились они в 1866 году и почти два года работали бок о бок на пленэре. Шишкин следовал традиции дюссельдорфской школы, Васильев же старался никому впрямую не подражать. Однако старший товарищ все же оказал значительное влияние на юного художника.

Васильев проявил себя как живописец после Валаама, где проработал с И. И. Шишкиным несколько месяцев. Привезенные с Валаама этюды говорили о зрелости и сложившемся собственном мировоззрении юного живописца. Благодаря успешным валаамским наброскам Васильев на равных вошел в Артель художников. В Артели он познакомился с И. Е. Репиным, тогда студентом Академии художеств. Спустя время оба друга совершат совместное путешествие на Волгу. Идея поехать на Волгу принадлежала Васильеву, которому было известно о том, что Репин собирает материал по «бурлацкой теме».

В книге «Далекое близкое» Репин вспоминал:

«В продолжение десяти минут, если пароход стоял, его тонко заостренный карандаш с быстротой машинной швейной иглы черкал по маленькому листку его карманного альбомчика и обрисовывал верно и впечатлительно целую картину крутого берега с покривившимися над кручей домиками, заборчиками, чахлыми деревцами и остроконечными колокольнями вдали… Все ловит магический карандаш Васильева: и фигурку на ходу и лошадку на бегу, до самой команды парохода: «Отдай чалку!» Пароход трогался, маг захлопывал альбомчик, который привычно нырял в его боковой карман…»

Волжские просторы произвели на Васильева неизгладимое впечатление.

Крамской писал:

«Успехи его в это время были громадны. Он привез много рисунков, этюдов, начатых картин и еще больше планов. Хотя ни о чем нельзя было сказать, что вот то-то, например, вполне оригинально, сама манера работы была уже оригинальна».

Репин дал восторженную оценку васильевскому творчеству тех лет:

«Мы взапуски рабски подражали Васильеву и верили ему».

Лето 1870 года было безмятежно-счастливым. В июле 1871 года неизлечимо больной художник уезжает в Крым. Первое время он надеялся вернуться на родину, но с каждым месяцем надежда ослабевала. В августе 1871 года Крамской нашел Васильева осунувшимся, но переполненным новых планов. Крымский период стал наиболее значительным в творчестве художника. Васильев много работал, так как иначе жить он просто не мог. В Ялте он трудился над заказными работами, так как деньги уходили на лечение и проживание. Со временем ему открылась красота Крыма: высокий небосвод, ущелья, стесненные горными кручами, крымская дымка с тонущей линией схода неба и моря…

В это время он пишет:

«У меня до безобразия развивается чувство каждого отдельного тона, чего я страшно иногда пугаюсь. Это и понятно: где я ясно вижу тон, другие ничего могут не увидеть или увидят серое и черное место. То же бывает и в музыке: иногда музыкант до такой степени имеет развитое ухо, что его мотивы кажутся другим однообразными… Картина, верная с природой, не должна ослеплять каким-нибудь местом, не должна резкими чертами разделяться на цветные лоскутки…»

В другом письме Васильев рассказывает о крымской весне:

«Если написать картину, состоящую из одного этого голубого воздуха и гор, без единого облачка, и передать это так, как оно в природе, то, я уверен, преступный замысел человека, смотрящего на эту картину, полную благодати и бесконечного торжества, и чистоты природы, будет обнажен и покажется во всей своей безобразной наготе».

Васильев чувствовал себя посредником между природой и собой.

http://mymelnica.ru/kultura/fedor-vasilev-hudozhnik.html

Жизнь гениального художника Ф. А. Васильева оборвала преждевременная кончина, но, по прошествии почти полутора веков со дня смерти, картины Васильева по-прежнему волнуют и трогают.
По словам Николая Ге, Васильев открыл русской пейзажной живописи живое небо, а вся его «моцартианская» судьба показала каждому, что жизненный счет ведется вовсе не на прожитые годы, а на то, насколько готов человек видеть, удивляться, радоваться, любить и творить.

Я бы сказала, что картины Васильева очень музыкальны, каждая из них - это песня русской души о русской жизни, чаще печальная, иногда радостная, но никогда не безнадежная, всегда полная спокойного внутреннего света, пробивающегося даже через распутицу и ненастье, вопреки непогоде и сумеркам...

Жены русских художников - жизнь и судьба Юлии Кустодиевой...


Портрет Ю.Е. Кустодиевой. 1920

Все знают имена выдающихся русских художников, но что известно об их возлюбленных, женах, спутницах жизни, источниках вдохновения?
Кто эти женщины, как они вдохновляли своих мужчин или же вовсе были к ним безучастны, как строили карьеру и становились знаменитыми актрисами или же растворялись в своих спутниках и жертвовали многим ради семейного счастья.
Таких разных, таких непохожих, их объединяет лишь одно: все они — жены, верные подруги-спутницы и музы-вдохновительницы.

На днях в Москве заставят вспомнить о спутницах тех, кто составил славу русской живописи - Музей русского импрессионизма представит выставку «ЖЕНЫ», куда войдут более 40 портретов возлюбленных великих русских художников. Среди них Илья Репин, Михаил Врубель, Валентин Серов, Борис Кустодиев, Игорь Грабарь, Петр Кончаловский, Борис Григорьев, Кузьма Петров-Водкин, Александр Дейнека, Роберт Фальк, Константин Юон, Сергей Судейкин, Юрий Пименов и многие другие.
[Spoiler (click to open)]





Эта выставка призвана показать, как развивалось русское искусство в период с конца XIX до середины XX века через призму портретов жен великих мастеров. Художественные изменения, которые претерпел женский портрет на рубеже веков, во многом основаны на социальных и политических потрясениях этого непростого времени. От классических образов, тяготеющих к декоративности и воспеванию женственности, через слом художественных основ русское искусство приходит к образу новой амазонки — советской женщины. Светские красавицы в корсетах, мехах и шелках, трогательные и пленительные в своей простоте хранительницы очага предстают на портретах конца XIX века. Им на смену приходят решительные революционерки, женщины с прямыми взглядами и крутым разворот плеч — они строят новый мир наравне с мужчинами.





Посетителей ждет встреча со множеством женских образов, среди которых портрет верной спутницы Валентина Серова Ольги Трубниковой, полностью посвятившей себя мужу и подарившей ему шестерых детей. Константин Коровин, лучший друг художника, был восхищен этой женщиной и при возможности одаривал ее драгоценностями с сапфирами и жемчугом, браня Серова, что тот не покупает Ольге Фёдоровне украшений.

Однако для многих жены были настоящими музами. Например, портрет супруги Кузьмы Петрова-Водкина, прибывший в Музей из Таллина, передает образ нежной возлюбленной художника. Их связывало больше 30 лет трогательных отношений. Петров-Водкин встретил свою будущую жену Марию-Жозефину в окрестностях Парижа. Художник был так очарован дочерью хозяйки пансиона, что попросил разрешения написать ее портрет (тот самый, что будет представлен на выставке), а через некоторое время он здесь же, за работой, сделал ей предложение. Мара станет ему верной спутницей на всю жизнь, а после его смерти издаст книгу воспоминаний «Мой великий русский муж».

Еще для одного известного мастера, Михаила Врубеля, жена была неиссякаемым источником вдохновения. Артистические образы выдающейся оперной певицы, любимицы Саввы Мамонтова Надежды Забелы-Врубель не раз появлялись в работах художника. Один из таких примеров — майолика «Девушка в венке» из Абрамцева.

Еще одна муза и актриса немого кино Вера Судейкина, вторая жена Сергея Судейкина, даже составила список «Обязанностей жены художника», где так и сказано: «Быть физическим идеалом, а потому быть его вечной моделью». На выставке представлена примечательная работа художника — «Моя жизнь», где изображены две его жены, его любовник и, возможно, несколько возлюбленных первой супруги. Некоторые персонажи картины узнаются в «Поэме без героя» Анны Ахматовой.

Выбивается из стройного ряда изящных муз экстравагантная писательница и борец за права женщин Наталья Нордман-Северова, жена Ильи Репина. Ее портреты сразу выдают натуру смелую и эксцентричную. Друзья художника не раз отмечали, что Натали завела странные порядки в их доме в «Пенатах»: прислуга обедала за одним столом с хозяином, было принято самообслуживание, о чем гостям сообщалось на специальных табличках «Прислуга — позор человечества», но самое главное — котлеты подавались из сена, а бифштексы готовились из клюквы. Убежденная вегетарианка и защитница животных, Нордман-Северова даже зимой носила не шубу, а тонкое пальто, с тем же сеном под подкладкой — для тепла. Корней Чуковский защищал Наталью Борисовну от нападок остряков и говорил, что в основе ее «чудачеств» лежит искренняя забота о муже.

Подобное свободомыслие в то время не было редкостью. Конец XIX и начало XX века отмечены развитием идеи равноправия, а после революции женщина и вовсе встанет в один ряд с мужчиной. Такое изменение роли женщины в обществе находит свое отражение и в искусстве. Портрет жены Николая Ионина, ученика Кузьмы Петрова-Водкина, «Женщина в красном» яркий тому пример. Екатерина Самохвалова-Ионина была сестрой известного советского художника Александра Самохвалова. Тесное общение с мастером позволило Ионину стать одним из пионеров в создании образа советской женщины, специфического и самобытного символа эпохи, впоследствии растиражированного в виде многочисленных «работниц» и «спортсменок» на плакатах. Как идеал женщины эпохи социализма, той самой «физкультурницы», что наказывает «работать, строить и не ныть!», изображает свою первую жену Александр Дейнека. Строгая и решительная, она олицетворяет образ советской женщины, способной наравне с мужчиной строить новый мир.

Здесь стоит отметить еще одну работу — скульптурный портрет Маргариты Конёнковой, жены советского скульптора Сергея Конёнкова, по праву получившего титул «русского Родена». Нежный, чувственный образ под названием «Весна», для которого позировала его супруга, никак не увязывается с историей советской разведчицы. До встречи с известным скульптором ей приписывали романы с Федором Шаляпиным и Сергеем Рахманиновым, а уже после своего замужества и переезда в США, где Конёнковы задержатся на 20 лет, она станет любовницей Эйнштейна и через него познакомится c Оппенгеймером и кругом ядерщиков. Говорят, во многом благодаря ее работе советское правительство получило ценные сведения об американской атомной бомбе.

Специально для выставки основная коллекция Музея пополнилась работой скульптора Павла (Паоло) Трубецкого «Мать и дитя», где изображена его жена Элин Сундстрём.









https://artinvestment.ru/news/exhibitions/20180126_Impressionists_museum_Wives_exhibition.html
https://moiarussia.ru/luchshie-kartiny-russkogo-hudozhnika-borisa-kustodieva/
http://cvetamira.ru/kustodiev-boris-mihaylovich-1878-1927
http://www.rusimp.su/ru/exposures?id=13

---
А о женщине, с портрета которой я начала рассказ, я все же скажу чуть больше, она этого достойна - возможно, талант живописца бы не расцвел таким пышным цветом и мы бы не узнали чудесного художника Кустодиева, если бы не Юлия Евстафьевна Прошинская, с которой он познакомился осенью 1900 года во время поездки в Костромскую губернию и которая стала верной спутницей художника.
Они полюбили друг друга едва ли не с первого взгляда и, как признавался потом сам Кустодиев, если бы не было этой любви в его жизни, вряд ли бы его душа так развернулась, краски были бы тусклыми, а формы не такими мягкими и округлыми.

Начиналось все очень хорошо - у молодых родились сын Кирилл и дочь Ирина, причем Борис Михайлович носил дочь в корзинке для грибов в лес для того, чтобы она сызмальства могла проникнуться красотой русской земли, а 5-летнему сыну на полном серьезе объяснял, чем отличаются кучевые облака от перистых...
Казалось бы, ей выпала счастливая судьба любимой жены и музы великого русского художника, но это так лишь для несведущих - жизнь Юлии Евстафьевны была драматична и даже трагична: начиная со смерти 11-месячного сына и заканчивая тяжелой болезнью мужа.

Collapse )


На террасе. (1906) Нижегородский художественный музей, Нижний Новгород
* Картина "На террасе" написана в доме художника "Терем".
Изображены: Кустодиев, его жена, дочь и сын, сестра с мужем, няня.
В 1925 холст был перевернут и на его обратной стороне написана картина "Русская Венера"

Юлия Евстафьевна умерла в 1942 году, в суровые дни Блокады героического Ленинграда, а ее прекрасный  образ остался навсегда в портретах выдающегося русского художника - Бориса Михайловича Кустодиева.

Со дня рождения которого, кстати, в этом году исполняется 140 лет.
Чем не повод для всенародного празднования юбилея человека, всю свою недолгую, но насыщенную  жизнь посвятившего воспеванию красоты России, русских ландшафтов, русской женщины?
Художнику, чье творчество, вопреки личной трагедии,  стало ликующим гимном любимой и вечно прекрасной, несмотря на любые испытания, Родине?


Что-то я не слышала о том, чтобы его юбилей в РФ кто-нибудь собирался отмечать на государственном уровне...
Может быть, вот из-за этого?
[Spoiler (click to open)]

Б.М.Кустодиев, Большевик, 1920 год

Описание картины:
Перед нами русский город революционных лет. Улицы заполнены густыми толпами, и, возвышаясь надо всем и легко перешагивая через дома, идет человек-гигант с грозным лицом и горящими глазами. В руках у него - огромное, развевающееся далеко за спиной красное знамя.

Улица по-кустодиевски солнечная и снежная. Голубые тени в борении с солнцем придают ей праздничность. Алый стяг, распластавшийся по зеленоватому небу, как огонь, как река из крови, как вихрь, как ветер, придает картине движение, такое же неумолимое, как шаг большевика...


Флешмоб от Третьяковки - #некто 1917 и "Финал номера"...

Третьяковка, меняющаяся на глазах под относительно новым руководством, от смены логотипа до изменения концепции, запустила любопытный проект, впрочем, вполне в тренде отказа от старых традиций этого храма живописного искусства -

"Купание красного коня" в домашнем варианте: соцсети пародируют картины
МОСКВА, 19 дек — РИА Новости. Третьяковская галерея запустила флешмоб с пародиями на полотна, написанные сто лет назад. Акция приурочена к выставке "Некто 1917", которая проходит в Новой Третьяковке на Крымском валу...


Некоторые "косплеи" максимально приблизились к оригиналам — как, например, этот вариант "Беженки" Александра Древина (1916-2017).


Слева: картина Бориса Григорьева Пара (Жиган и проститутка).1917. Справа: Косплей-пародия Никиты Литке
[Spoiler (click to open)]


Вообще, работы этого автора пока что больше всего интересуют пользователей. Вот еще один вариант его полотна — на сей раз это "Автопортрет" (1916).
Под хэштегом #некто1917 пользователи соцсетей должны выкладывать свои "косплеи" на картины, представленные на выставке. Через неделю, 25 декабря, в Третьяковке подведут итоги и наградят авторов самых удачных пародий.

Идея этой акции далека от академических представлений о работе крупных музеев, однако посетители ГТГ, судя по всему, с удовольствием включились в игру.

Творческий (читай креативный) подход ... косплей #некто1917
Фотографы "надо брать" (есть выбор - 24 картины), до 25 декабря !!!

Немного не аутентично (греч. подлинный) [в трусах], но не плохо же?! Обращайтесь — я готов!

Фото Проект1917.
Фото Проект1917.

По числу репостов и откликов пока лидирует оригинальная версия известной работы Петрова-Водкина "Купание красного коня". Для этой постановочной фотографии авторы раздобыли даже красные плавки.

Весьма колоритно выглядят персонажи картины Бориса Григорьева "Пара (Жиган и проститутка)" (1917).

Женская часть аудитории довольно активно включилась в акцию.

Фото Проект1917.
Фото Проект1917.
Проект1917 добавил(-а) 2 новых фото.
СМИ/новостная компанияНравится 39 567 пользователям
14 декабря в 6:16

Александр Древин. Беженка. 1916-2017.
#некто1917


Выставка "Некто 1917" исследует русское искусство на сломе эпох: большая экспозиция представляет работы разных художников.
В ГТГ ее называют главным выставочным проектом года.
Но, несмотря на всю серьезность и глубину, сами кураторы немало удивили публику еще до открытия.
В специальном проморолике авторы очень просто и притом неожиданно объяснили главную идею выставки.
https://ria.ru/culture/20171219/1511248436.html?referrer_block=index_daynews3_3


---
Ну как вам творческое начинание, граждане?
Понравилась креативная идея искусствоведов и пиарщиков знаменитой галереи, продолжающих и развивающих общий тренд обесценивания и десакрализации российской истории и культуры?

Правда, надо признать, что саму идею Третьяковка позаимствовала у Екатерины Рождественской, которая уже несколько лет ведет такой проект с разными публичными персонами, только вот безотносительно Октябрьской революции, просто воссоздавая известные полотна с их помощью -


[Spoiler (click to open)]



















Заметьте, наша творческая интеллигенция без фиги в кармане не может - Ахеджакова и тут отличилась, выбрав картину с желто-голубым платьем и провокационным названием...
Вот только как бы ирония не оказалась обращена против себя самой - Финал номера может ведь относиться и к модели?


"Черный квадрат" по-советски, или рупор русского авангарда - "клином красным бей белых"!


Я не люблю авангард в искусстве, даже русский и советский авангард, даже в лучших его образцах и подозреваю, что далеко не одинока в этом...
Но об этом творце и его нынешней выставке хочу написать, просто потому, что личность уникальна - художник, архитектор, график, дизайнер, конструктор, теоретик искусства, Лисицкий был одним из титанов русского  авангарда, став рупором пропаганды советского государства и классиком мирового искусства в самых разных сферах его.

Его способность работать сразу во многих областях выдавала в нем классический тип человека эпохи Возрождения, при этом, советского человека, вдохновленного грандиозностью замысла великого проекта великой и уникальной эпохи.
Его самые фантастические идеи совпали с духом времени, требующего сказку сделать былью и ему это удалось, в своей области.

[посмотреть]
фотомонтаж к выставке СССР на стройке

проект небоскреба у Никитских ворот, 1923-25 гг

Кстати, художественные идеи и работы Лисицкого изучают практически во всех иностранных академиях художеств, фактически, Эль Лисицкий за рубежом — не менее культовая фигура, чем Малевич или, допустим, Кандинский.
Считается, что заслуга мастера — не только новаторство в дизайне, но и покорение «третьего измерения» — переход из мира плоских построений.

Поэтому нынешняя выставка сконцентрирована на ипостаси Лисицкого как художника-изобретателя, бесстрашно конструирующего новую, советскую реальность.
Горизонтальный небоскреб, конструктивистская книга, складная мебель и, наконец, гениальный проун — открывая новые формы в архитектуре, живописи, графике, полиграфии, Лисицкий был не просто архитектором, дизайнером книги или мебели, но одним из главных дизайнеров новой жизни, строивших мир по законам авангарда.

Впрочем, большинство проектов Лисицкого так и осталось на бумаге, частью прекрасной утопии, хотя, некоторые из них служат источником вдохновения для творцов и сейчас...
В общем, прочтите искусствоведческую статью, возможно, будет любопытно (делаем скидку на то, что опубликована она в либеральном издании) -


Рабочие сцены. 1927—1930


Эль Лисицкий: когда пропаганда была искусством
НА ПУТИ УСТАНОВЛЕНИЯ ОСИ МИРА ЧЕРЕЗ МОЗГ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ

[Spoiler (click to open)]
...Сам Лисицкий — «изысканный» участник, по Екатерине Дёготь, идеологического проекта; «ведущий художник инсталляции» (наряду с Ильей Кабаковым), по Борису Гройсу; автор, как и Кандинский, интернационального представительства; «конструктивный и слегка японский», по Якову Тугендхольду, — прошел типичные для искусства первой половины ХХ века этапы (само)преодоления и (само)любования. Самолюбование — страна им занималась активно после 1932 года ­— представлено в Третьяковке: это эскизы оформления Лисицким павильонов ВСХВ (ВДНХ), очень банальные и невыразительные, практически вымученные, данные как будто с единственной целью — почувствовать разницу. Самолюбоваться Лисицкий явно не умел и не хотел, а преодолевал границы известных жанров в 1920-х легко и свободно: материализовал в проуне беспредметность, сложил нового человека в геометрию, придумал «квадратный» комикс, стихи Маяковского переложил в инфографику и телефонный справочник, из фотографии сделал фриз, из звезды — инсталляцию, а театральных персонажей чуть было не превратил в роботов-марионеток.


Флаговый штандарт советского павильона выставки «Пресса» 
в Кельне. Вид от Рейна. 1928
© Государственная Третьяковская галерея
Лисицкий, выучившись в Дармштадте на архитектора, с 1915-го живет в Москве, а в 1919 году едет по приглашению Шагала в Витебск, куда вскоре зовет Малевича. Став одним из организаторов объединения учеников Малевича УНОВИС («Утвердители нового искусства»), в 1920-м Лисицкий изобретает собственную систему проунов («проект утверждения нового»), за что был прозван ревнивым Малевичем «лисой». Проуны Лисицкого становятся «пересадочной станцией между архитектурой и живописью»: «новое произведение живописи, которое вырастает из нас, уже не является картиной. Оно вообще ничего не представляет, но конструирует пространство <…> PROUN создан из материала, а совсем не из эстетики». Проун Лисицкого представляет собой своеобразный проект здания, его концепт: это условный протяженный горизонтальный ансамбль из нескольких разновеликих и разноформенных корпусов, грани которых выкрашены в разные цвета так, что создают иллюзию не объема, но плоскостной станковой композиции.

В виде проуна Лисицкий изображает и человека — один из них, по-витрувиански распятый, вписан в ренессансный круг и прямоугольник одновременно, на половине его живота и лица положен треугольник, у уха — «палка»; второй парит в безвоздушном пространстве и построен из парабол-конечностей, раскрытой «книги»-торса и черной головы-шара. При этом в фигуринах 1923 года — театральных электромеханических марионетках для заумной оперы Крученых—Хлебникова—Матюшина «Победа над солнцем» — Лисицкий буквально составляет персонажей (силача, чтеца, забияку, старожила) из многочисленных геометрических фигур, получая в итоге те же проуны, которые при сравнении костюмов — простейших супрематических — к той же опере того же Малевича 1913 года кажутся изысканнейшими и чуть ли не маньеристскими. И здесь у Лисицкого появляется «Новый» — персонаж с красным сердцем-квадратом, разомкнутыми окружностями-конечностями и двумя головами, во лбах которых «горят» черная и красная звезды. Антропологическое преодоление Лисицкого здесь двойное: человек-гибрид оказывается механической куклой.

Похожий прием — два лица с тремя глазами — находим у Лисицкого в фотомонтаже к плакату Русской художественной выставки 1929 года. Такие же три глаза на два лица встречаются у Густава Клуциса: в плакате «Под знаменем Ленина» (1930) головы Ленина и Сталина сливаются глазами. Образ, известный по так называемой семиипостасной Троице — изображению Отца, Сына и Святого Духа с тремя лицами и четырьмя глазами, апроприированный Лисицким, сегодня кажется продолжением европейского сюрреализма, получившего «в стране большевиков», как показали кураторы Александра Селиванова и Надя Плунгян, серьезное развитие.


Методом наплывного, или проекционного, фотомонтажа Лисицкий в 1924-м производит и собственный портрет «Конструктивист», где рука с циркулем впечатывается в лицо художника таким образом, что глаз оказывается плавающим в ладони на манер арабской и иудейской хамсы — амулета-ладони с двумя большими пальцами и глазом в центре. В 1932-м работавший в Баухаусе Герберт Байер выпустит своего знаменитого дадаистского «Одинокого горожанина» — фотомонтаж, где две ладони с глазами подвешены внутри двора многоэтажного дома. С раскрытым циркулем в глазу Лисицкий изображает «Татлина за работой» (1921—1922): от головы художника нимбами расходятся разорванные окружности, одна из которых и является частью чертежного инструмента.

Гибридами человеческой природы и роботизированной машины становятся и выставочные конструкции Лисицкого. В Кельне на выставке «Пресса» 1928 года «архитектор-инженер» Лисицкий демонстрирует динамические «объемные установки» и гигантские фотомонтажи (фотовитражи, фотофризы). Инсталляция «Красная Армия» была составлена из пяти поворачивающихся щитов, подсвеченных изнутри и оклеенных военной прессой, поверх которой были изображены ростовые фигуры красноармейцев. На стене, перебиваемое треугольными флажками, было развернуто фотопанно размером 24 на 3,5 м с плакатным монтажом Лисицкого и художника Сергея Сенькина. Особенно сильным, практически эсхатологическим, образом выглядит плоскостная фигура женщины в платке: замахнувшись серпом и взвешивая в руке молот, она предлагает зрителю прочесть текст о работницах-крестьянках в СССР, которым буквально испещрена вся поверхность ее «тела», а на лице размещена культовая фраза Ленина о роли кухарки в государстве. В 1930-м на выставке «Гигиена» в Дрездене Лисицкий показывает фотомонтаж «Строительство социализма», где в мужской груди двое рабочих конструируют каркас сферы-глобуса. В качестве иллюстрации к книге Ильи Эренбурга «Мой Париж», вышедшей в 1933 году, Лисицкий помещает портрет автора с двойной, практически эшеровской, рукой: в одну ладонь Эренбурга Лисицкий вкладывает фотоаппарат, а другая ударяет по клавишам печатной машинки.

Так антропологический проект Лисицкого преодолевал границы внутри тела (глаз-рука, две головы, двойная рука), тела и механизма (глаз-циркуль, фигурины), мужского и женского (три глаза мужчины и женщины), внутриклассового (работница-крестьянка), задействуя мифологические и религиозные параллели. Позднее похожие приемы уже не будут слитными и наплывными — в 1930-х, в период (само)любования, Лисицкий сталкивает крестьянина и солдата в братском поцелуе, оставляя обе фигуры раздельными, а рядоположенные лица мужчины и женщины на военном плакате 1941 года «Все для фронта! Все для победы!» сохраняют все четыре глаза.

Архитектурное преодоление Лисицким пропагандировалось в тех же проунах — «Домах над землей», представлявших собой некие космические станции, которые можно было размещать в любом положении в проунраумах и печатать Хан-Магомедову вверх тормашками («вращая проун, мы ввинчиваем себя в пространство»). Знаменитый «горизонтальный небоскреб» (1924—1925) Лисицкого стоял на трех ногах, из которых можно было сразу попасть под землю — в метрополитен или сесть в трамвай. Такие небоскребы должны были «парить» над землей на местах транспортных развязок, сохраняя место для зелени и транспортных артерий.

Из всех архитектурных группировок 1920-х годов Лисицкий теснее всего общался с рационалистами — архитектурной группой Николая Ладовского и Владимира Кринского АСНОВА (Ассоциация новых архитекторов), занимавшейся, в отличие от следовавших за функцией конструктивистов, психофизиологическим восприятием формы, объема и цвета, придавая простому строительству антропологическую перспективу. Лисицкий, стремясь преодолеть классическую традицию и в архитектуре и создать «супрематический ордер», в 1924 году шлет из швейцарского санатория Ле Корбюзье в Париж статью для журнала Esprit Nouveau, в которой комментирует собственный коллаж из построек московской Всесоюзной сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки: «Это не Дада. Это не раскопки на Римском Форуме. Не реконструкция Помпеи. Это архитектура Первой сельскохозяйственной выставки СССР 1923 г., созданная дебильными учениками Палладио и других архитектурных импотентов. Осушен пруд? Использовано 3 000 000 кубических футов строительной древесины. В июле месяце 7200 человек работали круглосуточно. Без всякого сомнения, крестьяне многому научились. Но поняли ли сами предприниматели, чего им не стоит делать в следующий раз?». Этот текст Лисицкого напечатан в журнале не был — 29-й номер Esprit Nouveau был переработан Корбюзье в «Альманах современной архитектуры», и статья Лисицкого с иллюстрациями (работы Малевича и учеников Ладовского) выходит в 1925-м в берлинском Das Kunstblatt.

Нападая в дальнейшем на Корбюзье, Лисицкий, пользовавшийся его идеями вертикального города, в статье «Идолы и идолопоклонники» определяет западного архитектора как «буфер между крупным предпринимателем-подрядчиком и потребителем-жильцом», «архитектора для меценатов», а его архитектуру называет не «жил-строительством», а «зрелище-строительством». «Корбюзье, — пишет Лисицкий в журнале «Строительная промышленность» в 1929 году, — ослепил наших идолопоклонников конструктивизма и функционализма высокой артистичностью, художественностью своего псевдофункционализма. Корбюзье — в первую голову художник <…> Так заказывается артисту (не конструктору, строителю, инженеру) Корбюзье дом, дом, который строится заранее как сенсация, как трюк, и когда он готов, он воспроизводится в дамских журналах рядом с новейшей сенсацией туалета <…> полнейшая асоциальность архитектора, полнейшая оторванность Корбюзье от запросов широкой массы. Он не связан ни с пролетариатом, ни с индустриальным капиталом».


В журнальном и книжном дизайне проекты Лисицкого выглядят сегодня не менее радикально: здесь проектом художника становится преодоление рисованной мирискуснической книги. Вместо рукотворной графики Лисицкий предлагает оперировать только элементами типографской кассы, а в качестве изображений использовать простые геометрические фигуры, принципы кроссворда и шарады и, конечно, фотографию и фотомонтаж. Его книги со стихами Маяковского, верстка журналов «Известия АСНОВА» и «ВЕЩЬ» и работа с журналом «СССР на стройке» становятся «шедеврами дизайна и шедеврами пропаганды» (Михаил Карасик). Книга Лисицкого то превращается в телефонный справочник с рубрикатором-содержанием, то становится загадкой, одновременно оптической и фонетической, то раскладывается в пространстве гармошкой фотомонтажей. При всей кажущейся плакатности и простоте верстки многие свои полиграфические изделия Лисицкий печатал в Европе (в СССР не было необходимого оборудования), выводя саму архитектонику книги на следующий уровень.

Судьба Лисицкого, художника с мировым именем и интернационального контекста, сложилась трагически. Архитектор по образованию, Лисицкий, учившийся в Германии (в питерскую Академию художеств его не приняли то ли из-за еврейской процентной нормы, то ли из-за экзаменационного неканонического рисунка дискобола), стремится в Советскую Россию «быть полезным». Больной туберкулезом Лисицкий торопился творить, боялся не успеть создать самое главное, видя в государственном заказе преодоление буржуазного рынка, а в политическом послании, спускаемом сверху, «предписанных плакатах» — временную необходимость. Сам Лисицкий не перестает думать в этой связи о Жак-Луи Давиде, республиканце-революционере, оперативно ставшем придворным живописцем; художнике, голосовавшем за смерть короля и немногим позднее уже приветствовавшем Наполеона.

Судьба Лисицкого-художника осложняется его как будто всегда вторыми ролями. В живописи Лисицкий стоит после Малевича (его проуны для многих — всего лишь развитие супрем в пространстве и продолжение идей УНОВИСа); в фотографии и коллаже Лисицкий отодвинут фигурами Родченко и Клуциса; в архитектуре его имя ставится после конструктивиста Гинзбурга и рационалиста Ладовского, а востребованными в советской архитектуре в итоге оказываются не протяженные корпуса проунов, а малевичевские прототипы сталинских высоток — монолитные архитектоны. Лисицкий-архитектор построил всего один дом (типографию «Огонька») — его горизонтальный небоскреб, издевательски прозванный «домом-утюгом», сооружать не стали (а «лежачий» небоскреб в Москве построят намного позднее, уже на второй волне модернизма). Разрабатываемые Лисицким электромеханические установки, театральные роботы на сегодняшней сцене тоже не сильно распространены: кажется, в пластическом театре люди изображают машины, а не наоборот.

Удивительно, но даже звездные амплуа Лисицкого — выставочный дизайн и журнально-книжная верстка — прямых последователей, способных развить и продолжить его идеи, не получили. Экспозиционная и издательская индустрия идет по пути минимализации и рационализации средств, как будто стесняясь эффектных решений и сложных конструкций. (Книжный художник Евгений Корнеев, которого в минимализме упрекать сложно, — и тот делает каталог выставки Лисицкого на тонком офсете небольшого формата, воспроизводя регистры «телефонной» книги стихов Маяковского в абсолютно декоративном режиме, а обложку, блестящую и сильно выдающуюся за размер блока, оформляет не острым углом Лисицкого, а мондриановским прямоугольным квадратом.)

Но именно этой альтернативой, путем, которым мы не пошли, «художник интегрирующего таланта» (Хан-Магомедов) Эль Лисицкий интересен сегодня. И это даже неважно, что выставка экспозиционно и кураторски абсолютно безóбразна: здесь нет пластических аналогий, как, скажем, на персоналке Фрэнсиса Бэкона в Эрмитаже, нет точной остраняющей и ироничной рифмы типа Айвазовский — «Синий суп», нет и активного архитектурного решения выставочных залов, предложенного тем же Ассом к персоналке Коржева в той же Третьяковке. Такой замузеенный Лисицкий, чье наследие — не слишком большое — совершенно неоправданно разорвано между двумя музеями, кажется сегодня до сих пор непонятым. Илья Кабаков, не так давно «прокативший» Лисицкого по трем музеям, кажется, разоблачал сам жанр агитационной инсталляции и ее жизнестроительный пафос («Утопия и реальность» (2010)); инди-рок-группа Franz Ferdinand в своих клипах демонстрирует как раз механического Лисицкого; Дмитрий Гутов, подвешивая супремы из металла, досок и картона на металлических сетках, предлагает зрителю то самое динамическое восприятие Лисицкого («Параллакс» (2009)); Роман Сакин в управляемой звуковой скульптуре оперирует сквозным красным в пространстве («Лес» (2008)).


Но самым ярким «Лисицким» в Москве стал, конечно, парящий мост парка «Зарядье»: стоящий на трех опорах, в одной из которой располагается подъемник (совсем как в «горизонтальном небоскребе» Лисицкого), он наконец и реализует идею вертикального города-сада с навесными пешеходными аллеями, обходящими памятники архитектуры и транспортные шоссе, и становится параболической трибуной «над землей» для каждого человека с фотоаппаратом. Так идеи самопреодоления (гравитации) 1920-х сливаются с практикой самолюбования 1930-х, а Эль Лисицкий оказывается актуальным художником позднего государственного капитализма.

---
А вот его последняя цитата, в заключительных главах «Будущее и утопия» и «Идеологическая надстройка» Лисицкий отметил необходимость -
«быть сегодня очень деловитыми, очень практичными и отказаться от романтики, чтобы догнать и перегнать остальной мир. Но следующая ступень, одной из идей которой будет преодоление основы — привязанности к земле, возникнет на базе развитой индустрии и техники. Эта идея уже развивается в ряде проектов, например, в проекте института Ленина на Ленинских горах И.Леонидова. А следующая ступень преодоления основы — привязанности к земле идет еще дальше и потребует преодоления силы тяжести, парящих сооружений, физико-динамической архитектуры».

Кстати сказать, одна из самых известных работ классика русского и советского авангарда была вот эта -

Что характерно, плакат «Бей клином» РГБ не давала на выставки последние 40 лет — между тем это по своей важности для истории русского авангарда равноправное с «Черным квадратом» Малевича произведение.

Русский "сверхчеловек": 175 лет Верещагину - баталисту-пацифисту, погибшему в бою за Отечество.

Вчера была великая дата, исполнилось 175 лет тому, как - 26 (14) октября 1842 года родился Василий Васильевич Верещагин – один из самых выдающихся русских художников-баталистов, ещё при жизни получивший мировую известность, но славный далеко не только  своими картинами.

Прочтите этот пост, даже если вы не любите живопись и не в восторге от известных вам полотен Верещагина, ручаюсь, что узнав больше о его жизни и творчестве - вы согласитесь с эпитетом "великий русский художник и гражданин".

175 лет - русскому гению, который, будучи профессиональным военным и художником, посвятил свою жизнь и творчество войне, служа своему Отечеству и разоблачению всех ее ужасов и преступлений, исполняя свой гражданский долг.
Баталисту, который любил свое Отечество, Россию, но ненавидел войну и разоблачал все связанные с ней несчастья и преступления.

Который отказывался от всех заслуженных на войне наград, кроме одной.
Который уничтожал свои картины в знак протеста против несправедливых обвинений тех, кто не нюхал пороху.
Который был оскорблен императором Александром III и проклят папой римским Львом XIII.

Который отказался от благополучной жизни в рукоплескавшей ему Америке и вернулся в Россию, чтобы погибнуть в честном бою с врагами Отечества об опасности нападения коих он предупреждал заранее.

«Верещагин не просто только художник, а нечто большее», - записал Крамской после первого знакомства с его живописью и спустя несколько лет вновь заметил: «Несмотря на интерес его картинных собраний, сам автор во сто раз интереснее и поучительнее».

Да, выдающийся живописец XIX века Василий Васильевич Верещагин всегда стоял особняком в истории русского искусства. По большому счёту, он не имел учителей и сам не оставил последователей созданного им направления в русской живописи.

Верещагина не поняли и не оценили современники, считая произведения художника лишь данью нигилизму «шестидесятников». И это не удивительно. В те времена, когда большинством русского общества далёкие заграничные войны-конфликты воспринимались лишь как часть успешной внешней политики империи, а поездка на театр военных действий считалась не более чем забавным приключением, Верещагин первым отважился не просто сказать, а буквально прокричать в лицо всем настоящую правду о войне.
В пику своим предшественникам, живописно отображавшим лишь сцены военных побед, Верещагин представил войну как величайшую, общую трагедию и побеждённых, и победителей. В понимании самого художника, очевидца и участника кровопролитных сражений, война отвратительна и беспощадна вне зависимости от цели и причин конфликта, вне зависимости от того, какими методами и каким оружием оперируют противоборствующие стороны.

У крепостной стены. "Пусть войдут"
В.В. Верещагин, 1871

Сегодня мы понимаем, что сложный в общении, изменчивый в настроениях, непредсказуемый в действиях, «человек экспромтов» Василий Васильевич Верещагин намного опередил своё время. Выдающийся талант и выдающаяся натура - быть может, как натура он был даже значительнее и грандиознее, чем как талант.
Верещагин снискал себе славу великого художника-баталиста, оставаясь проповедником пацифистских идей. Своим творчеством он призывал человечество навсегда сложить оружие, а сам погиб в бою, как настоящий воин…

Но при всех крайностях и контрастах этой сложной русской души в Верещагине неизменно ощущается оригинальность, смелость, высота натуры и та своеобразная грандиозность личности, которая побудила И.Е. Репина в траурной речи о художнике назвать его «сверхчеловеком».
[Spoiler (click to open)]

И чем далее идет время, тем явственнее ощущается потомками масштаб этой личности: «Лицом к лицу лица не увидать/ Большое видится на расстоянье…»

Художественный мир Верещагина со временем не тускнеет. Напротив, многие из его пацифистских идей, которые казались современникам отвлечёнными, антипатриотичными, парадоксальными - только теперь могут быть поняты и оценены в своей провидческой сущности. Мир без войн, грядущая трагедия столкновения европейской цивилизации с мусульманским миром Востока, колонизационная политика России и межнациональные конфликты на этой почве, решение споров между государствами на уровне мирового сообщества – вот круг проблем, поднятых в искусстве и публицистических работах В.В.Верещагина. Сегодня они как нельзя более актуальны в современном обществе, а от их разрешения зависят судьбы не только отдельных народов или цивилизаций, но и всего человечества в целом.

Рождённый быть воином

Василий Васильевич Верещагин родился в многодетной семье потомственного дворянина Череповецкого уезда Новгородской губернии, отставного коллежского асессора Василия Васильевича Верещагина. У Верещагиных было шестеро сыновей, и лучшим делом для них отец считал военную службу. Когда Василию исполнилось только пять лет, вместе со старшим братом Николаем его отправили в Санкт-Петербург, где братья были зачислены в Александровский Царскосельский малолетний корпус. Двенадцатилетним подростком его перевели в Морской кадетский корпус. Желая стать военным моряком, будущий художник обучался в корпусе до 1860 года...

Долг офицера

По служебным делам штатскому картографу Верещагину часто приходилось бывать в различных областях Туркестана. В апреле 1868 года бухарский эмир объявил России священную войну. И Верещагин тут же ринулся в гущу событий: уже в качестве военного картографа, он добровольно направляется в Самарканд. Основным заданием штабного художника являлись исследование и зарисовка Семиреченской и Сыр-Дарьинской областей, но прапорщик Верещагин принял самое деятельное участие в обороне крепости от хивинцев. Когда после недельной осады крепостная стена была пробита, и защитники Самарканда почти пали духом, Верещагин по собственной инициативе поднял гарнизон в дерзкое контрнаступление, которое решило исход битвы. Хивинцы бежали, а за свой подвиг Верещагин получил орден Св.Георгия IV степени. Пожалуй, это была единственная в его жизни награда, которую художник не отказался принять.


В 1869 году в Санкт-Петербурге, при поддержке генерал-губернатора Туркестана К.П.Кауфмана, Верещагин устраивает выставку собранных им минералогических и зоологический коллекций, на которой представляет зрителям и свои ландшафтные зарисовки Средней Азии. Неожиданный успех этой выставки и интерес общества к восточной экзотике подвиг Верещагина на создание целого ряда картин, которые позднее будут названы «туркестанской» серией.

«Туркестанская» серия

В Туркестане художник пробыл всего год, но успел сделать массу зарисовок и этюдов к будущим полотнам. Затем он вернулся в Россию, выхлопотал себе в военном ведомстве длительную заграничную командировку и обосновался в Мюнхене. Именно здесь, в центре Европы, Верещагин, как ни странно, создал свои основные восточные шедевры: «Дервиши в праздничных нарядах. Ташкент.» (1869-70, ГТГ), «Мавзолей Шах-и-Зинда в Самарканде» (1870,ГТГ), «У крепостной стены.«Пусть войдут» (1871, ГТГ), «Двери Тимура (Тамерлана)» (1872, ГТГ), «Продажа ребёнка-невольника» (1872, ГТГ) и др. Верещагин был наделен удивительной, по его выражению, «прямо страшной памятью прошлого». Его память прочно удерживала малейшие подробности виденного и позволяла возвращаться к ним спустя много лет. В Мюнхене он работает с натурщиками, сверяет каждую подробность с подлинными костюмами, оружием, утварью, привезёнными из Туркестана, однако очень многое делает по памяти. При этом художник ничего не привносит «от себя». Его задача - достичь адекватности между тем, что он пишет, и тем, что предстаёт его внутреннему взору, не допустить «двоедушия», между реальностью, как она живет в его памяти, и живописным изображением.

Апофеоз войны, В.В. Верещагин, 1871
Апофеоз войны
В.В. Верещагин, 1871
В качестве эпилога к «туркестанской» серии Верещагин написал произведение «Апофеоз войны» (1871, ГТГ). Первоначально картина называлась «Торжество Тамерлана», т.к. известно, что Тамерлан на местах сражений оставлял своего рода монументы: сложенные пирамидой черепа убитых воинов – и своих, и чужих. Груда страшных знаков войны изображена автором на фоне редких засохших деревьев и развалин древнего города. Это придаёт ощущение ещё большей трагичности и погружает зрителя в настроение уже наступившего Апокалипсиса. На раме полотна имеется надпись: «Посвящается всем великим завоевателям прошедшим, настоящим и будущим».

Фактически эта картина является злой пацифистской сатирой на войну, и придуманная Верещагиным метафора до сих пор впечатляет зрителей.

В 1873 году Василий Верещагин закончил свою «туркестанскую» серию. Она состояла из тринадцати картин, более восьмидесяти этюдов и ста тридцати карандашных рисунков. В том же году весь цикл был представлен на первой персональной выставке Верещагина в Лондоне. Вскоре о нём заговорила вся Европа. Для европейцев открылся новый, удивительный мир Востока, в котором они увидели вовсе не сказочную страну с похожими на реальность сюжетами, а настоящих, реальных людей Средней Азии с их богатой историей, своеобразной красотой и жестокими нравами.

Говоря современным языком, в своих полотнах Верещагин показал впечатляющие результаты военного столкновения двух культур, мирный диалог которых, в силу общих предубеждений, пока ещё невозможен. И это привело в шок его современников.

В 1874 году Верещагин привёз свои картины в Россию. Любителям искусства того времени всё, что представил Верещагин, казалось необычным, а порой и вызывающим. Будучи боевым офицером, художник не боялся шокировать зрителей кровавыми сюжетами, излишней, даже жёсткой реалистичностью образов. Он считал правильным показывать горькую правду войны именно в произведениях батального жанра, которые традиционно были призваны отображать только величественные победы.

На картине «Смертельно раненый» (1873, ГТГ) русский солдат, зажав рукой кровоточащую рану, бросил винтовку и в шоке бежит с поля боя. Картина решена автором очень динамично и правдиво, что характерно для всех работ, вошедших в эту серию: все они выполнены с большой долей документальной убедительности. Это практически фронтовой репортаж очевидца с места событий.


Однако русское общество восприняло такое «искусство» крайне неоднозначно. По поводу реакции современников на картины Верещагина очень точно высказался впоследствии прославленный художественный критик А.Бенуа:

«Правы были те, которые возмущались плохой живописью и другими техническими и формальными недостатками Верещагина. Многих совершенно естественно коробил весь «американизм» его выставок, все его бесцеремонное самодовольство. Правы были те, которые не находили ни духовной глубины, ни психического выражения в его картинах, а правдивость его красок и света называли фотографичностью. Однако правы были и те, которые были искренно потрясены выбранными сюжетами, удачной и умной подтасовкой композиции, которые ссылались на произведения Верещагина, очевидца и превосходного знатока всего изображенного, как на веские и драгоценные документы.

Не правы были только обе стороны, что они спорили. Однако в этой «неправоте» не они были повинны, но все те условия, которые владели в то время мнением образованной толпы в вопросах искусства. Те, которые бранили Верещагина во имя красоты, к сожалению, сами ничего в красоте не смыслили, но поклонялись К. Маковским, Семирадским и прочим Брюлловским декадентам. Те, которые защищали Верещагина, требуя жизненности в искусстве, как будто догадывались, где начинаются истинная красота и истинное искусство, но, презирая форму, увлекались одним «содержанием»&hellip;


Смертельно раненый, В.В. Верещагин, 1873


«Забытый», эскиз В.В. Верещагина

Особенное недовольство по поводу «содержания» туркестанских работ Верещагина высказывали высокопоставленные военные чиновники. Император Александр II, посетив в Петербурге выставку, был крайне возмущён картиной «Забытый», где изображён оставленный войсками на поле боя мёртвый русский солдат. По лицемерным утверждениям царя, в «его войсках» никогда не могло быть забытых, а Верещагин выступал как клеветник.

Для Верещагина, достигавшего правды своего искусства с риском для жизни и ценой многих опасностей, обвинение в клевете было особенно обидным. Под прямым нажимом царедворцев в порыве нервного припадка художник снял, изрезал и сжёг три свои картины этой серии. Картину «Забытый» царская цензура запретила воспроизводить в печати. В газетах и журналах появились статьи, утверждавшие, что картины туркестанской серии написаны не Верещагиным, а только присвоены им.

В результате у Верещагина возник серьёзный конфликт с его непосредственным начальством. Генерал Кауфман, которого Василий Васильевич очень уважал, и который всячески благоволил ему по службе, вслед за высшими военными чинами, обвинил своего подчинённого в преднамеренной фальсификации событий, отражённых в серии его картин. Но живописец твёрдо стоял на своём: «Я пишу войну так, как она есть». Тогда прапорщику Верещагину как военному человеку прямо приказали снять «порочащие воинскую честь» полотна. После чего художник уволился с военной службы, решив посвятить себя исключительно искусству.


Своенравный художник

«Я буду всегда делать то и только то, что сам нахожу хорошим, и так, как сам нахожу это нужным,» - заявил Верещагин.

В 1874 году он уехал вместе с женой за границу. Там художника настигло известие, что Академия художеств, признав его заслуги, присуждает Верещагину звание профессора живописи. Василий Васильевич публично, через газеты, отказался от этой профессиональной награды, заявив, что «считает все чины и отличия в искусстве, безусловно, вредными». Этот поступок произвёл эффект разорвавшейся бомбы в художественных кругах страны. Один из первых бунтарей против «академизма» в живописи, художник Н.Крамской так прокомментировал это событие: «По существу, Верещагин первый…, кто решается гласно, открыто, демонстративно поставить себя вне традиционных порядков… У нас не хватает смелости, характера, а иногда и честности поступить так же…»

В ответ на дерзость Академия художеств публично исключила Верещагина из списка своих членов, отказав ему в праве именоваться живописцем. Сам художник никак не отреагировал на эту акцию. Он продолжил своё путешествие по Индостану, посетив Восточные Гималаи и пограничные с Тибетом области.

Снова в бой

Известие о войне застало В.В.Верещагина в Париже. Он бросает всё и мчится в Россию. Не без помощи своих родных братьев, боевых офицеров Александра и Сергея Верещагиных, художник оказался на фронте в качестве одного из штабных адъютантов главнокомандующего Дунайской армией.
Василий Васильевич считал своей прямой обязанностью показать всему человечеству настоящий лик войны. Несмотря на возмущение начальства, он шёл в самые горячие точки, старался участвовать во всех атаках и штурмах, чтобы самому увидеть всё и всё ощутить. Уже в июне 1877 года Верещагин был тяжело ранен в бою и отправлен в госпиталь в Бухаресте.
Но, узнав о предстоящем наступлении, он бежит из госпиталя и в августе вновь оказывается в действующей армии. Вместе со своими братьями, в качестве одного из адъютантов генерала М.Д.Скобелева, художник Верещагин участвует в штурме Плевны. В этом грандиозном сражении сложили свои головы многие русские солдаты и офицеры. Брат Верещагина Сергей был убит, Александр тяжело ранен.

Зимние месяцы 1878 года художник провёл с отрядом Скобелева в Балканских горах. За бой при Шипке, в котором Верещагин также принял непосредственное участие, его представили к высокой награде – «Золотой шпаге».
Но художник, пройдя всю войну боевым офицером, оказался по-прежнему верен своим принципам «вредоносности титулов и знаков отличия». Он отказался получить вполне заслуженное боевое оружие и, демобилизовавшись, вернулся в Европу.


«Балканская» серия: война и смерть

После всего пережитого Верещагин так и не смог заставить себя возвратиться к мирным «индийским» сюжетам. Впечатления войны, смерть брата, которого он даже не смог похоронить – всё это очень болезненно отразилось на его творчестве. Уже в середине 1878 года живописец полностью погрузился в создание Балканских картин. По словам очевидцев, он работал с неистовой одержимостью, всё время находясь на грани нервного истощения, почти не выходил из мастерской и никого туда не пускал.

В «балканскую» серию входит около тридцати картин. Она состоит из отдельных групп произведений, своего рода подсерий, «коротеньких поэм», как назвал бы их сам художник. Несколько полотен посвящено трагическому третьему штурму Плевны: «Александр II под Плевной 30 августа 1877 года», «Перед атакой. Под Плевной», «Атака» (не окончена), «После атаки. Перевязочный пункт под Плевной», «Турецкий лазарет». Два полотна – «Победители» и «Побежденные. Панихида» - навеяны кровопролитными боями под Телишем. Десять картин отражают зимний период войны, завершившийся победой на Шипке; самыми популярными из этих полотен являются «Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой» и триптих «На Шипке всё спокойно».

Существенно, что почти ни в одной из картин Верещагин не изображает собственно батальные сцены. Он пишет моменты, либо предшествующие сражению, либо последующие за ним, - будни, «психологическую сторону» войны, по выражению И.С. Тургенева.
Это сопоставимо с тем, что сделал в литературе Л.Н.Толстой. Верещагин отбрасывает взгляд на войну с позиций высшей военной касты, показывает то, что, как правило, остается за рамками официальных реляций.



Побежденные. Панихида. В.В. Верещагин, 1878-1879

Полотно «Побеждённые. Панихида» (1878-79, ГТГ) стало самым пронзительным в творчестве Верещагина и потрясло как русскую, так и зарубежную публику. Мастер изобразил огромное поле, сплошь усеянное телами убитых воинов, над которыми нависает серое дождливое небо. Лежащие люди буквально сливаются с выгоревшей травой и низкорослым кустарником. Художник намеренно уподобил останки погибших буграм и комьям земли, передавая впечатление превращения мёртвых тел в холодную землю. Слева с кадилом в руке изображён полковой священник, читающий молитву. За ним, сняв фуражку, стоит рядовой.

В своих записках Верещагин рассказывал современникам, что турки, взяв укрепления, обычно раненых русских в плен не брали: резали их, уродовали, раздевали и грабили. Отбив назад оставленные позиции, русские воины находили лишь гору трупов, которые невозможно было опознать.
В одной из таких гор сам Василий Васильевич безуспешно пытался отыскать тело своего брата Сергея, так что картина полностью основана на его личных впечатлениях и переживаниях.
За полотно «Побеждённые. Панихида» генералитет намеревался отобрать у прапорщика Верещагина его единственную награду – звание георгиевского кавалера.
Его вновь обвиняли в клевете на русскую армию, в антипатриотических настроениях, а некоторые «бывалые» офицеры, просидевшие всю войну по штабам, заявляли в лицо художнику, что «такого просто не может быть».
Но однажды на выставке Балканских картин появился священник, который с горестным видом поведал присутствующим, что именно он после боёв под Телишем проводил такую панихиду. И всё было именно так, как показал в своём произведении Верещагин.


Однако даже такие правдивые заявления непосредственных свидетелей не заставили недоброжелателей художника прекратить высказывать публичные обвинения в его адрес. Запечатлённые художником сцены, где правдиво показаны не только победы, но и поражения русского оружия, были признаны многими газетами и журналами написанными чуть ли не по заказу турок и предназначенными для украшения султанского дворца. Александр III по поводу картин русско-турецкой войны сказал об их авторе: «Либо Верещагин скотина, или совершенно помешанный человек». Прусский военный атташе в Петербурге генерал Вердер советовал царю уничтожить всю серию этих картин.

После атаки. Перевязочный пункт под Плевной. В.В. Верещагин, 1881

Скандал европейского масштаба

После выставки 1883 года Верещагин чувствовал себя усталым и абсолютно опустошённым. Он не мог больше писать в России. Недовольство его поведением в высших сферах общества нарастало с каждым днём. Многие реакционно настроенные господа пророчили художнику ссылку в Сибирь. Не дожидаясь, пока им всерьёз заинтересуются карательные органы, Верещагин вновь ищет спасения на чужбине и отправляется путешествовать. На сей раз в Палестину.

«Палестинская» серия убеждённого атеиста Верещагина впервые экспонировалась в Вене и вызвала настоящий скандал. Католическое духовенство яростно набросилось на художника, обвиняя его в еретической трактовке образов Святого семейства. На картинах Верещагина Иисус был представлен обычным человеком, без какого-либо намёка на его божественную сущность; в композиции задействовано очень много бытовых, обыденных деталей, которые не вязались с традиционными трактовками библейских сюжетов.

Высшие церковные чиновники Австро-Венгрии и Ватикана настойчиво рекомендовали снять с экспозиции «безбожные» полотна. Верещагин отказался. В интервью одной из местных газет он смело заявил:

«Да, я атеист, и этого не скрываю. Христос, как легендарная личность рисуется в моём представлении обыкновенным человеком, противоречивым по вине его биографов-евангелистов, но не лишённым ума и справедливости в некоторых своих суждениях. Кардиналы, патеры и прочие торговцы его именем ничего общего с ним не имеют, ибо живут паразитически, в большинстве своём сами они богохульники и отнюдь не верующие…»

Более чем откровенное высказывание художника перепечатали многие итальянские и немецкие газеты. Возмущённый папа римский Лев XIII проклял Верещагина. Самому художнику угрожали физической расправой, и он был вынужден повсюду носить с собой заряженный револьвер. В конце концов, один наиболее ревностный священник, некто патер Иероним, прилюдно облил «безбожные» полотна серной кислотой. Картины пришлось отправить на дорогостоящую реставрацию.


Конфликт с католической церковью и австрийским кардиналом Гангльбауэром молниеносно сделал отличную рекламу выставке. Все жители Вены и приезжие из других европейских стран хотели увидеть «палестинскую» серию. Вскоре Верещагину стали поступать предложения провести подобную выставку в Берлине, Будапеште и Праге. Американцы сулили баснословные деньги за организацию экспозиции произведений Верещагина в Нью-Йорке. Только в России показ «палестинской» серии был категорически запрещён.

Верещагин в Америке

После «палестинской» серии Верещагин создаёт ряд новых работ на тему массовых расправ с бунтовщиками: «Подавление индийского восстания» (ок. 1884, местонахождение неизвестно), «Казнь заговорщиков в России» (1884-85, Государственный центральный музей современной истории, Москва) и «Распятие на кресте во времена владычества римлян» (1887, местонахождение неизвестно). Успешно показав эти полотна вместе с «балканской» и «палестинской» сериями во всех столицах Европы, Верещагин отправляется в Америку. Персональные выставки художника проходят в Нью-Йорке, Филадельфии, Бостоне и других крупных городах США.

Верещагин отдавал себе отчёт в том, что на родине подобного успеха он не добьётся, но и не испытывал ни малейших иллюзий в отношении американского зрителя. Американцы традиционно любят и хорошо воспринимают всё яркое, экзотичное и большое. Только им, по большому счёту, чужда и непонятна та горькая правда, которую художник пытался донести до своих современников. Не без иронии Верещагин приводил слова одного из посетителей, сказанные во время открытия его выставки в Америке: «Мы, американцы, высоко ценим ваши работы, господин Верещагин; мы любим всё грандиозное: большие картины, большой картофель...»

Для предприимчивых жителей американских штатов был гораздо важнее коммерческий успех живописца, т.е. продаваемость его картин.
Писать «на продажу» Верещагин никогда не стремился. Вопреки расхожему мнению о нём, как о человеке, который «умеет обделывать свои дела», Василий Васильевич к деньгам и материальным благам вообще относился равнодушно.
Аскетичный в быту, «делать» деньги, а тем более тратить их с пользой, он совершенно не умел. Очевидно, поэтому Верещагин отклонил предложение американских властей навсегда остаться в США и возглавить одну из художественных школ страны.


Возвращение в Россию

Верещагин вернулся в Россию с крупной суммой денег и новой женой.
В 1891 году Верещагин и Андреевская поселяются в Москве. Художник строит на окраине города в Нижних Котлах по собственному проекту дом-мастерскую в виде русской избы. В начале 1890-х он посещает родные места - едет в Вологду и её окрестности. В 1892 году в семье, наконец, появляется первенец – сын Василий, спустя несколько лет родились ещё две дочери – Анна и Лидия. В доме Верещагиных также воспитывался младший брат Лидии Васильевны – Павел Андреевский, оставивший небезынтересные воспоминания о подробностях московской жизни семейства Верещагиных в эти годы.

Летом 1894 года художник предпринимает с семьёй путешествие на барке по Северной Двине, на Белое море и Соловки. Верещагин словно открывает для себя Россию, которой практически не знал и не видел, проведя детство и юность в Петербурге и на Кавказе. Итогом поездки стали более полусотни живописных этюдов и два литературных сочинения, одно из которых – «Иллюстрированные автобиографии нескольких незамечательных русских людей». Это оригинальное создание Верещагина, существующее как бы в двух изводах - живописном и литературном. Верещагин сливает воедино создание портрета и беседу с тем, кого он запечатлевает на полотне: портрет и рассказ-«автобиография» портретируемого складываются в нераздельное целое, словно доказывая возможность синтезирования живописи и литературы.

«Наполеон в России»

Ещё будучи в Париже, художник начал писать серию картин о Наполеоне и его провальном походе в Россию. В конце 1880-х годов он меняет концепцию. Верещагин задумывает серию об Отечественной войне 1812 года, куда должны были войти картины освободительной войны и партизанского движения. В русской серии художник вновь выступает как портретист, историк, психолог, философ. Он обращается не только к батальным сценам или теме партизанского движения, но стремится показать психологическое состояние своих персонажей. Картина «На этапе. Дурные вести из Франции» (1887-95, Государственный исторический музей, Москва) представляет зрителю не завоевателя-Наполеона, а обычного усталого человека, сидящего в чуждой ему обстановке русской церкви. На его лице читается отчаяние загнанного зверя: он ещё победитель, но уже всё кончено, а путь его армии назад – гибелен и трагичен…

Общественная деятельность

Скрытый драматизм последних лет Верещагина заключён в том, что, несмотря на кипучую деятельность, художник испытывает мучительное чувство ненужности, невостребованности своего искусства. Он по-прежнему не примыкает ни к одному из художественных обществ и направлений, не имеет учеников и последователей. Его индивидуализм оборачивается одиночеством, независимость - изоляцией. Современная русская художественная жизнь будто проходит мимо него: он не связан со старшим поколением и оказывается не нужен молодому. Про своё поколение художник так и говорил: «к середине XX века нас зачислят в разряд старых колпаков, идеалистов…»

Но, вопреки всему этому, Верещагин поглощён планами будущих путешествий, захвачен «вечными исканиями» и гоним «вечным недовольством». В конце 1890-х годов Василий Васильевич обращается к общественной деятельности: много пишет для русской и зарубежной прессы, выступает против захватнической политики и войн, стремится создать в Европе пацифистское общественное движение. Особый резонанс приобретают его статьи против колониальных войн, в поддержку движения за их прекращение. Авторитет Верещагина – деятельного «борца с войной» - у мировой общественности таков, что в 1901 году его кандидатура выдвинута на соискание первой Нобелевской премии мира.

Крах

.......Дабы спасти известного художника от банкротства, представители Императорского дома согласились купить серию о войне 1812 года за сто тысяч рублей.

Погиб в бою…

Полученные деньги позволили Верещагину вернуться домой, но жить обычной осёдлой жизнью он по-прежнему не мог и не хотел. Весной 1903 года неугомонный живописец вновь отправляется в путешествие, теперь уже в Японию. Из-за обострившейся политической обстановки и надвигающейся войны Верещагин покинул эту страну уже осенью того же года. В Россию он привёз фарфор, бронзу, ряд японских этюдов, уже почти готовые картины «Японка» (1903, Севастопольский художественный музей) и «Японский нищий» (ок.1904).

Вернувшись, Верещагин – человек суровый и нелегко поддающийся восторгам – с упоением рассказывал семье и своим немногочисленным друзьям о жестоком японском характере, традициях, с тревогой отзывался по поводу надвигающейся войны, фактически заранее предсказывая России поражение в противоборстве с этой своеобразной культурой. И как только в феврале 1904 года началась Русско-японская война, Верещагин, невзирая на уговоры жены и свой солидный возраст, отправился на линию фронта.

В Порт-Артуре Василий Васильевич встретился со своим старым знакомым – адмиралом С.О.Макаровым. Благодаря его протекции, художник вновь в качестве штабного офицера попал на флот, ходил на военных судах, зарисовывал с натуры морские сражения.

31 марта 1904 года броненосцы «Петропавловск», «Полтава», «Победа», «Пересвет» и другие русские суда атаковали эскадру японских крейсеров.
Макаров называл художнику вражеские корабли, а тот быстро набрасывал их силуэты.
Но вдруг на горизонте показались главные силы неприятельского флота.
Адмирал приказал своей эскадре отходить на внешний рейд, чтобы принять бой при поддержке береговой артиллерии. Часы показывали 9 часов 34 минуты утра, когда флагман «Петропавловск» наткнулся на японские мины. Тотчас взорвались торпедный погреб и паровые котлы броненосца.
Через полторы минуты он, зарывшись носом в воду, ушёл в глубины Жёлтого моря.
Погибло более 600 человек, среди которых были сам начальник эскадры Тихого океана вице-адмирал С.О.Макаров и художник Василий Васильевич Верещагин, которого знал весь мир…


Память и потомки

После гибели Верещагина семья художника осталась без средств к существованию. Дом и мастерскую на берегу Москвы-реки пришлось продать, чтобы расплатиться с долгами. Картины были куплены за сто двадцать тысяч рублей императором Николаем II, но на руки вдова получила лишь девяносто. В 1911 году Лидия Васильевна покончила собой. Она была похоронена на Ваганьковском кладбище, на 36 участке. В настоящее время могила её утеряна.


Единственный скульптурный памятник В.В.Верещагину – «бюст на родине героя» – был открыт в Череповце лишь в 1957 году, в одном ряду с обязательным памятником В.И.Ленину и выдающимся металлургам города. Там же, в Череповце существует и дом-музей Верещагина (дом где родился художник и жил во время краткого воссоединения с семьёй); именем художника названы улицы во многих провинциальных городах России.

http://veresh.ru/biografia.php
http://www.tanais.info/art/vereshchagin.html
http://www.artcontext.info/pictures-of-great-artists/55-2010-12-14-08-01-06/682-vereschagin.html
http://ptiburdukov.ru/%D0%A1%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D1%87%D0%BD%D0%B8%D0%BA/%D0%91%D0%B8%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84%D0%B8%D0%B8/%D0%92%D0%B5%D1%80%D0%B5%D1%89%D0%B0%D0%B3%D0%B8%D0%BD_%D0%92%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D0%B9_%D0%92%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BB%D1%8C%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87


В работе «Парламентёры. Сдавайся. – «Убирайся к чёрту!» (1873,ГТГ), название которой включает в себя реплики персонажей, художник впервые запечатлел не победу, а страшную гибель русского войска.
Почти все окружённые хивинцами русские солдаты уже сложили свои головы на поле боя, только командир и адъютант поднялись во весь рост и заявляют, что готовы умереть, но не сдаться на милость врага. А вокруг них – лишь покрытые песчаником, чужие, пологие горы – немые свидетели их героизма.

Еще раз вглядитесь в эту картину и вдумайтесь в ее смысл -

Парламентеры. «Сдавайся» - «Убирайся к черту!», В.В. Верещагин, 1873

Большинство широко известных и признанных в мире произведений В.В. Верещагина сегодня экспонируется в Государственной Третьяковской галерее и некоторых других музеях Москвы.
Однако и немалая часть его художественного наследия бесследно исчезла, либо совершенно неизвестна в России.
По мнению некоторых искусствоведов, многое из произведений Верещагина осело за границей, чему свидетельством могут служить аукционы, на которых нет-нет да и всплывают неизвестные русскому зрителю этюды, рисунки и даже картины В.В.Верещагина...

Великий русский художник и гражданин Василий Васильевич Верещагин прожил невероятно насыщенную жизнь, каждая минута которой была подвигом служения своему Отечеству, на ратном поле и в художественной мастерской.
Он жил и умер военным и пацифистом, вознесенным и забытым, оцененным и отвергнутым, непокоренным и многими непонятым, не получившим от своего Отечества и тысячной доли того признания и благодарности, которых заслуживал.

Но в истории России и русском искусстве - он остался навсегда.