Category: искусство

"По мотивам политической ненависти - до 5 лет или 500тыс.": борьба РКН с призраком граффити про Пу?


*внимание, данная карикатура не имеет отношения к сюжету поста

Сегодня в дискуссии прозвучало мнение, что цензура сейчас не чета царской, имевшей место в РКМП, дескать, что только не пишут в российской прессе, разве можно было представить такое в те времена?
Такого - нет, безусловно, не говоря уже о временах "кровавых многомиллионных репрессий усатого злодея", когда "сажали за анекдоты пачками" - но вот до этакого гомерического не додумался ни Николай Вторый, ни Иосиф Великий - воображения не хватило у самодержцев, что белого, что красного.

Итак, читайте, повеселитесь, ручаюсь, особенно - те, кто уже слышал предысторию, а кто не слышал, тот может пройти по ссылке под спойлером-катом, а далее по внутренним ссылкам в материале цитируемого издания и насладиться всей историей, "сделав" свой и близких субботний вечер, после чего будем наблюдать известный эффект Стрейзанд, которого добьются-таки наши альтернативно одаренные политтехнологи/церберы-цензоры из РКН, решившие переплюнуть царскую охранку и НКВД разом.

Самый популярный ярославский сайт заблокировали на полдня из-за новости о граффити про Путина. Президента в тексте даже не упоминали 13.04.19
[Spoiler (click to open)]
Сайт самого популярного ярославского издания 76.ru, заблокированный 12 апреля, был разблокирован днем 13 апреля, сообщили представители издания в своем телеграм-канале.

Претензии к изданию возникли из-за новости, в которой рассказывалось о граффити, которое появилось на здании регионального управления МВД в конце марта. В новости не сообщалось, что именно было изображено на граффити, при этом был опубликован снимок колонн здания МВД, где появилась надпись «Путин *****».

Главный редактор 76.ru Ольга Прохорова сообщила «Медузе», что Роскомнадзор прислал изданию письмо с уведомлением. В письме Роскомнадзора, которое приводит 76.ru, говорится, что новость заблокировали из-за нарушения закона о неуважении к власти. «Мы убрали фото из новости — сам материал остался на сайте», — рассказала Прохорова. Текст заметки никак не изменился. По словам главного редактора издания, Роскомнадзор разблокировал сайт спустя два часа после того, как журналисты сообщили ведомству об удалении фотографии. Сейчас материал 76.ru о граффити исключен из реестра запрещенных сайтов.

Издание 76.ru стало вторым ярославским СМИ, которое подверглось блокировке в апреле. Ранее был заблокирован сайт издания «Яркуб» — формально, из-за новости о подростке, который пытался совершить самоубийство. В «Яркубе» связывали блокировку с тем, что издание отказалось удалить новость о граффити, оскорбляющем Владимира Путина, которое появилось на здании МВД.

Издание TJournal сообщало со ссылкой на источник, что Генпрокуратура требовала удалить новости о граффити про Путина, которые выпустили несколько ярославских СМИ, в рамках закона о неуважении к власти. Не менее пяти изданий выполнили это требование. В Генпрокуратуре отрицали, что просили удалять новости.

Обновление. 13 апреля, когда стало известно о разблокировке 76.ru, издание «Яркуб» написало в телеграме, что, как оказалось, против них подано второе уведомление о включении в реестр Роскомнадзора. Документов о причинах блокировки «Яркуб» не получал, но издание удалило фотографии граффити с фамилией Путина из своих материалов. «Тем не менее блокировка по первому основанию (якобы указание на способ совершения суицида) все еще действует», — говорится в сообщении.

Александр Бакланов

https://meduza.io/feature/2019/04/13/samyy-populyarnyy-yaroslavskiy-sayt-zablokirovali-na-poldnya-iz-za-novosti-o-graffiti-pro-putina-prezidenta-v-tekste-dazhe-ne-upominali

---
А вот такой был пост-исходник (с удаленным уже фото, само собой) и комментарии к нему, особое внимание обратите на консультацию юриста, который счел возможным квалифицировать безобидную надпись как проявление политической ненависти, влекущее за собой конский штраф или и вовсе турму (это чтобы вам не было слишком уж смешно) -
[Spoiler (click to open)]

В Ярославле на колоннах здания областного УМВД баллончиком сделали большую надпись. Неизвестно, кто это сделал. Надпись появилась сегодня ночью.

— А сегодня мы с вами, ребята, узнаем, с какой максимальной скоростью может быть произведён косметический ремонт фасада, — пишет автор снимка в соцсетях.

— Этот проступок можно расценивать как хулиганство, — считает юрист Тимур Валияров.

— Хулиганство по мотивам политической ненависти наказывается штрафом в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на тот же срок, — написано на сайте «КонсультантПлюс»


https://76.ru/text/gorod/66037444?from=commentsheader







---
Картинок в моем посте по понятным причинам нет, а то ведь заблокируют  ЖЖ, али штраф какой выпишут драконовский, так что - кому надо, тот сам найдет исходник всего скандала, полюбопытствовав, что ж там такого про уважаемого нацлидера понаписали, что все охранители с ног сбились, затирая крамолу, не содержащую ничего, кроме словечка, у которого "два смысла, плохой и хороший".

В связи с вышеизложенным, хочется поинтересоваться у неленивых и ознакомившихся со всей историей вот чем - из-за чего весь сыр-бор, как думаете: оттого, что неизвестный автор ярославской надписи попал в самую точку - в хорошем, или в плохом смысле слова, а издание растиражировало "инсайд", или оттого, что вызывающая надпись была сделана на здании уважаемой полиции?

Или оттого, что у наших элиток предчувствие скорого конца и расплаты, а осенние умирающие мухи кусаются особенно больно, вот и привлекают они внимание к пустой надписи в общем, ни о чем, когда на объекте куча обвинений куда круче, к примеру, озвученное недавно публично НПСР - "в госизмене", да еще по результатам работы комиссии специалистов, а не какого-то ярославского шутника?

ЧЕГО ТАК ИСПУГАЛАСЬ УВАЖАЕМАЯ ВЛАСТЬ В ЭТОЙ НАДПИСИ?

ОБВИНЕНИЯ В ХОРОШЕМ СМЫСЛЕ СЛОВА
1(6.2%)
ОБВИНЕНИЯ В ПЛОХОМ СМЫСЛЕ СЛОВА
2(12.5%)
НИЧЕГО, ОНА ОТВЛЕКАЕТ ВНИМАНИЕ ЭТОЙ ПУСТОЙ ИСТОРИЕЙ ОТ ОБВИНЕНИЙ В КОНКРЕТНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ
4(25.0%)
ОНА БОИТСЯ СКОРОГО КРАХА И РАСПЛАТЫ, ПОТОМУ МЕЧЕТСЯ И ДЕЛАЕТ ГЛУПОСТИ
9(56.2%)

Тем, кому особо весело, советую еще раз перечесть консультацию юриста и осознать, что написавший может загреметь  на полмиллиона рублей или срок до пяти лет, если по максимуму, суд наш, известное дело, самый гуманный же - это до всех дошло?
И кто скажет, что даже при Николае Кровавом или столь ненавистном нынешним властям Иосифе Сталине, даже памяти которого они боятся пуще смерти, уж не говоря о Никите Хрущеве или Леониде Брежневе, да даже при (не к ночи будь помянуты) Мише Горбачеве и Боре Ельцине - было возможно хоть что-то подобное, борьба мощной властной госструктуры с призраком стертого граффити?

Еще один забавный нюанс всей этой невероятной в своем абсурде истории: почему они так держатся именно за эту персону, уже изрядно дискредитированную кучей деяний, скажем так, не слишком одобряемых народом, неужели у них нет совсем никого на смену в рамках транзита, что они вынуждены усиленно отмывать черного кобеля добела, невзирая на явную невозможность это проделать, чему свидетельство надпись на ярославских колоннах?

Что за фишка в фантастически упорном цеплянии именно за этого г-на Никто? Только ли в мнимой популярности в народе все дело, раскрученном бренде "путин", за который якобы голосуют неизменные мифические 76,69%, а потому его и нужно эксплуатировать до конца, ибо новый аналогичный на финишном этапе прямой создать невозможно, как ни старайся политтехнологи? Или в чем-то еще?

UPD
[Spoiler (click to open)]
plan_pu
Товарищ Путин, Вы большой политик...

По Сети стремительно распространяется письмо к В.В Путину, в котором автор поставил вполне справедливые и корректные, но не новые вопросы, на которые, тем не менее, пока ответа нет.
https://www.facebook.com/photo.php?fbid=318266712371621&set=a.118148692383425&type=3

росиянский царь мидас?
Почему почти всё к чему прикасается ВВПу утекает в Лондон?

https://riared.ru/rossija/sud-londona-arestoval-imushhestvo-rossijskogo-bankira-na-1-75-mlrd/?fbclid=IwAR0eqnpkTuAMEzwiO0j2lygHS2v1DZJM2gpoXaBGuu5xN3m8qii50tqF4tM

---
* те, кто вник в забавную историю и считает ее показательной, как в части проявления любви и уважения народа к власти, так и в части опасения властью подобных проявлений любви и уважения, поставьте лайк
promo gala_gala15 february 10, 22:22 34
Buy for 20 tokens
Законопроекты так называемых сенаторов из конторы под вывеской Совфед, касающиеся свободы слова, то есть, фактического запрета на нее, вызвали в обществе вполне резонное возмущение, причем нашлись граждане с юридическим образованием и даже степенями, которые взяли на себя труд проанализировать…

"Черный квадрат" по-советски, или рупор русского авангарда - "клином красным бей белых"!


Я не люблю авангард в искусстве, даже русский и советский авангард, даже в лучших его образцах и подозреваю, что далеко не одинока в этом...
Но об этом творце и его нынешней выставке хочу написать, просто потому, что личность уникальна - художник, архитектор, график, дизайнер, конструктор, теоретик искусства, Лисицкий был одним из титанов русского  авангарда, став рупором пропаганды советского государства и классиком мирового искусства в самых разных сферах его.

Его способность работать сразу во многих областях выдавала в нем классический тип человека эпохи Возрождения, при этом, советского человека, вдохновленного грандиозностью замысла великого проекта великой и уникальной эпохи.
Его самые фантастические идеи совпали с духом времени, требующего сказку сделать былью и ему это удалось, в своей области.

[посмотреть]
фотомонтаж к выставке СССР на стройке

проект небоскреба у Никитских ворот, 1923-25 гг

Кстати, художественные идеи и работы Лисицкого изучают практически во всех иностранных академиях художеств, фактически, Эль Лисицкий за рубежом — не менее культовая фигура, чем Малевич или, допустим, Кандинский.
Считается, что заслуга мастера — не только новаторство в дизайне, но и покорение «третьего измерения» — переход из мира плоских построений.

Поэтому нынешняя выставка сконцентрирована на ипостаси Лисицкого как художника-изобретателя, бесстрашно конструирующего новую, советскую реальность.
Горизонтальный небоскреб, конструктивистская книга, складная мебель и, наконец, гениальный проун — открывая новые формы в архитектуре, живописи, графике, полиграфии, Лисицкий был не просто архитектором, дизайнером книги или мебели, но одним из главных дизайнеров новой жизни, строивших мир по законам авангарда.

Впрочем, большинство проектов Лисицкого так и осталось на бумаге, частью прекрасной утопии, хотя, некоторые из них служат источником вдохновения для творцов и сейчас...
В общем, прочтите искусствоведческую статью, возможно, будет любопытно (делаем скидку на то, что опубликована она в либеральном издании) -


Рабочие сцены. 1927—1930


Эль Лисицкий: когда пропаганда была искусством
НА ПУТИ УСТАНОВЛЕНИЯ ОСИ МИРА ЧЕРЕЗ МОЗГ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ

[Spoiler (click to open)]
...Сам Лисицкий — «изысканный» участник, по Екатерине Дёготь, идеологического проекта; «ведущий художник инсталляции» (наряду с Ильей Кабаковым), по Борису Гройсу; автор, как и Кандинский, интернационального представительства; «конструктивный и слегка японский», по Якову Тугендхольду, — прошел типичные для искусства первой половины ХХ века этапы (само)преодоления и (само)любования. Самолюбование — страна им занималась активно после 1932 года ­— представлено в Третьяковке: это эскизы оформления Лисицким павильонов ВСХВ (ВДНХ), очень банальные и невыразительные, практически вымученные, данные как будто с единственной целью — почувствовать разницу. Самолюбоваться Лисицкий явно не умел и не хотел, а преодолевал границы известных жанров в 1920-х легко и свободно: материализовал в проуне беспредметность, сложил нового человека в геометрию, придумал «квадратный» комикс, стихи Маяковского переложил в инфографику и телефонный справочник, из фотографии сделал фриз, из звезды — инсталляцию, а театральных персонажей чуть было не превратил в роботов-марионеток.


Флаговый штандарт советского павильона выставки «Пресса» 
в Кельне. Вид от Рейна. 1928
© Государственная Третьяковская галерея
Лисицкий, выучившись в Дармштадте на архитектора, с 1915-го живет в Москве, а в 1919 году едет по приглашению Шагала в Витебск, куда вскоре зовет Малевича. Став одним из организаторов объединения учеников Малевича УНОВИС («Утвердители нового искусства»), в 1920-м Лисицкий изобретает собственную систему проунов («проект утверждения нового»), за что был прозван ревнивым Малевичем «лисой». Проуны Лисицкого становятся «пересадочной станцией между архитектурой и живописью»: «новое произведение живописи, которое вырастает из нас, уже не является картиной. Оно вообще ничего не представляет, но конструирует пространство <…> PROUN создан из материала, а совсем не из эстетики». Проун Лисицкого представляет собой своеобразный проект здания, его концепт: это условный протяженный горизонтальный ансамбль из нескольких разновеликих и разноформенных корпусов, грани которых выкрашены в разные цвета так, что создают иллюзию не объема, но плоскостной станковой композиции.

В виде проуна Лисицкий изображает и человека — один из них, по-витрувиански распятый, вписан в ренессансный круг и прямоугольник одновременно, на половине его живота и лица положен треугольник, у уха — «палка»; второй парит в безвоздушном пространстве и построен из парабол-конечностей, раскрытой «книги»-торса и черной головы-шара. При этом в фигуринах 1923 года — театральных электромеханических марионетках для заумной оперы Крученых—Хлебникова—Матюшина «Победа над солнцем» — Лисицкий буквально составляет персонажей (силача, чтеца, забияку, старожила) из многочисленных геометрических фигур, получая в итоге те же проуны, которые при сравнении костюмов — простейших супрематических — к той же опере того же Малевича 1913 года кажутся изысканнейшими и чуть ли не маньеристскими. И здесь у Лисицкого появляется «Новый» — персонаж с красным сердцем-квадратом, разомкнутыми окружностями-конечностями и двумя головами, во лбах которых «горят» черная и красная звезды. Антропологическое преодоление Лисицкого здесь двойное: человек-гибрид оказывается механической куклой.

Похожий прием — два лица с тремя глазами — находим у Лисицкого в фотомонтаже к плакату Русской художественной выставки 1929 года. Такие же три глаза на два лица встречаются у Густава Клуциса: в плакате «Под знаменем Ленина» (1930) головы Ленина и Сталина сливаются глазами. Образ, известный по так называемой семиипостасной Троице — изображению Отца, Сына и Святого Духа с тремя лицами и четырьмя глазами, апроприированный Лисицким, сегодня кажется продолжением европейского сюрреализма, получившего «в стране большевиков», как показали кураторы Александра Селиванова и Надя Плунгян, серьезное развитие.


Методом наплывного, или проекционного, фотомонтажа Лисицкий в 1924-м производит и собственный портрет «Конструктивист», где рука с циркулем впечатывается в лицо художника таким образом, что глаз оказывается плавающим в ладони на манер арабской и иудейской хамсы — амулета-ладони с двумя большими пальцами и глазом в центре. В 1932-м работавший в Баухаусе Герберт Байер выпустит своего знаменитого дадаистского «Одинокого горожанина» — фотомонтаж, где две ладони с глазами подвешены внутри двора многоэтажного дома. С раскрытым циркулем в глазу Лисицкий изображает «Татлина за работой» (1921—1922): от головы художника нимбами расходятся разорванные окружности, одна из которых и является частью чертежного инструмента.

Гибридами человеческой природы и роботизированной машины становятся и выставочные конструкции Лисицкого. В Кельне на выставке «Пресса» 1928 года «архитектор-инженер» Лисицкий демонстрирует динамические «объемные установки» и гигантские фотомонтажи (фотовитражи, фотофризы). Инсталляция «Красная Армия» была составлена из пяти поворачивающихся щитов, подсвеченных изнутри и оклеенных военной прессой, поверх которой были изображены ростовые фигуры красноармейцев. На стене, перебиваемое треугольными флажками, было развернуто фотопанно размером 24 на 3,5 м с плакатным монтажом Лисицкого и художника Сергея Сенькина. Особенно сильным, практически эсхатологическим, образом выглядит плоскостная фигура женщины в платке: замахнувшись серпом и взвешивая в руке молот, она предлагает зрителю прочесть текст о работницах-крестьянках в СССР, которым буквально испещрена вся поверхность ее «тела», а на лице размещена культовая фраза Ленина о роли кухарки в государстве. В 1930-м на выставке «Гигиена» в Дрездене Лисицкий показывает фотомонтаж «Строительство социализма», где в мужской груди двое рабочих конструируют каркас сферы-глобуса. В качестве иллюстрации к книге Ильи Эренбурга «Мой Париж», вышедшей в 1933 году, Лисицкий помещает портрет автора с двойной, практически эшеровской, рукой: в одну ладонь Эренбурга Лисицкий вкладывает фотоаппарат, а другая ударяет по клавишам печатной машинки.

Так антропологический проект Лисицкого преодолевал границы внутри тела (глаз-рука, две головы, двойная рука), тела и механизма (глаз-циркуль, фигурины), мужского и женского (три глаза мужчины и женщины), внутриклассового (работница-крестьянка), задействуя мифологические и религиозные параллели. Позднее похожие приемы уже не будут слитными и наплывными — в 1930-х, в период (само)любования, Лисицкий сталкивает крестьянина и солдата в братском поцелуе, оставляя обе фигуры раздельными, а рядоположенные лица мужчины и женщины на военном плакате 1941 года «Все для фронта! Все для победы!» сохраняют все четыре глаза.

Архитектурное преодоление Лисицким пропагандировалось в тех же проунах — «Домах над землей», представлявших собой некие космические станции, которые можно было размещать в любом положении в проунраумах и печатать Хан-Магомедову вверх тормашками («вращая проун, мы ввинчиваем себя в пространство»). Знаменитый «горизонтальный небоскреб» (1924—1925) Лисицкого стоял на трех ногах, из которых можно было сразу попасть под землю — в метрополитен или сесть в трамвай. Такие небоскребы должны были «парить» над землей на местах транспортных развязок, сохраняя место для зелени и транспортных артерий.

Из всех архитектурных группировок 1920-х годов Лисицкий теснее всего общался с рационалистами — архитектурной группой Николая Ладовского и Владимира Кринского АСНОВА (Ассоциация новых архитекторов), занимавшейся, в отличие от следовавших за функцией конструктивистов, психофизиологическим восприятием формы, объема и цвета, придавая простому строительству антропологическую перспективу. Лисицкий, стремясь преодолеть классическую традицию и в архитектуре и создать «супрематический ордер», в 1924 году шлет из швейцарского санатория Ле Корбюзье в Париж статью для журнала Esprit Nouveau, в которой комментирует собственный коллаж из построек московской Всесоюзной сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки: «Это не Дада. Это не раскопки на Римском Форуме. Не реконструкция Помпеи. Это архитектура Первой сельскохозяйственной выставки СССР 1923 г., созданная дебильными учениками Палладио и других архитектурных импотентов. Осушен пруд? Использовано 3 000 000 кубических футов строительной древесины. В июле месяце 7200 человек работали круглосуточно. Без всякого сомнения, крестьяне многому научились. Но поняли ли сами предприниматели, чего им не стоит делать в следующий раз?». Этот текст Лисицкого напечатан в журнале не был — 29-й номер Esprit Nouveau был переработан Корбюзье в «Альманах современной архитектуры», и статья Лисицкого с иллюстрациями (работы Малевича и учеников Ладовского) выходит в 1925-м в берлинском Das Kunstblatt.

Нападая в дальнейшем на Корбюзье, Лисицкий, пользовавшийся его идеями вертикального города, в статье «Идолы и идолопоклонники» определяет западного архитектора как «буфер между крупным предпринимателем-подрядчиком и потребителем-жильцом», «архитектора для меценатов», а его архитектуру называет не «жил-строительством», а «зрелище-строительством». «Корбюзье, — пишет Лисицкий в журнале «Строительная промышленность» в 1929 году, — ослепил наших идолопоклонников конструктивизма и функционализма высокой артистичностью, художественностью своего псевдофункционализма. Корбюзье — в первую голову художник <…> Так заказывается артисту (не конструктору, строителю, инженеру) Корбюзье дом, дом, который строится заранее как сенсация, как трюк, и когда он готов, он воспроизводится в дамских журналах рядом с новейшей сенсацией туалета <…> полнейшая асоциальность архитектора, полнейшая оторванность Корбюзье от запросов широкой массы. Он не связан ни с пролетариатом, ни с индустриальным капиталом».


В журнальном и книжном дизайне проекты Лисицкого выглядят сегодня не менее радикально: здесь проектом художника становится преодоление рисованной мирискуснической книги. Вместо рукотворной графики Лисицкий предлагает оперировать только элементами типографской кассы, а в качестве изображений использовать простые геометрические фигуры, принципы кроссворда и шарады и, конечно, фотографию и фотомонтаж. Его книги со стихами Маяковского, верстка журналов «Известия АСНОВА» и «ВЕЩЬ» и работа с журналом «СССР на стройке» становятся «шедеврами дизайна и шедеврами пропаганды» (Михаил Карасик). Книга Лисицкого то превращается в телефонный справочник с рубрикатором-содержанием, то становится загадкой, одновременно оптической и фонетической, то раскладывается в пространстве гармошкой фотомонтажей. При всей кажущейся плакатности и простоте верстки многие свои полиграфические изделия Лисицкий печатал в Европе (в СССР не было необходимого оборудования), выводя саму архитектонику книги на следующий уровень.

Судьба Лисицкого, художника с мировым именем и интернационального контекста, сложилась трагически. Архитектор по образованию, Лисицкий, учившийся в Германии (в питерскую Академию художеств его не приняли то ли из-за еврейской процентной нормы, то ли из-за экзаменационного неканонического рисунка дискобола), стремится в Советскую Россию «быть полезным». Больной туберкулезом Лисицкий торопился творить, боялся не успеть создать самое главное, видя в государственном заказе преодоление буржуазного рынка, а в политическом послании, спускаемом сверху, «предписанных плакатах» — временную необходимость. Сам Лисицкий не перестает думать в этой связи о Жак-Луи Давиде, республиканце-революционере, оперативно ставшем придворным живописцем; художнике, голосовавшем за смерть короля и немногим позднее уже приветствовавшем Наполеона.

Судьба Лисицкого-художника осложняется его как будто всегда вторыми ролями. В живописи Лисицкий стоит после Малевича (его проуны для многих — всего лишь развитие супрем в пространстве и продолжение идей УНОВИСа); в фотографии и коллаже Лисицкий отодвинут фигурами Родченко и Клуциса; в архитектуре его имя ставится после конструктивиста Гинзбурга и рационалиста Ладовского, а востребованными в советской архитектуре в итоге оказываются не протяженные корпуса проунов, а малевичевские прототипы сталинских высоток — монолитные архитектоны. Лисицкий-архитектор построил всего один дом (типографию «Огонька») — его горизонтальный небоскреб, издевательски прозванный «домом-утюгом», сооружать не стали (а «лежачий» небоскреб в Москве построят намного позднее, уже на второй волне модернизма). Разрабатываемые Лисицким электромеханические установки, театральные роботы на сегодняшней сцене тоже не сильно распространены: кажется, в пластическом театре люди изображают машины, а не наоборот.

Удивительно, но даже звездные амплуа Лисицкого — выставочный дизайн и журнально-книжная верстка — прямых последователей, способных развить и продолжить его идеи, не получили. Экспозиционная и издательская индустрия идет по пути минимализации и рационализации средств, как будто стесняясь эффектных решений и сложных конструкций. (Книжный художник Евгений Корнеев, которого в минимализме упрекать сложно, — и тот делает каталог выставки Лисицкого на тонком офсете небольшого формата, воспроизводя регистры «телефонной» книги стихов Маяковского в абсолютно декоративном режиме, а обложку, блестящую и сильно выдающуюся за размер блока, оформляет не острым углом Лисицкого, а мондриановским прямоугольным квадратом.)

Но именно этой альтернативой, путем, которым мы не пошли, «художник интегрирующего таланта» (Хан-Магомедов) Эль Лисицкий интересен сегодня. И это даже неважно, что выставка экспозиционно и кураторски абсолютно безóбразна: здесь нет пластических аналогий, как, скажем, на персоналке Фрэнсиса Бэкона в Эрмитаже, нет точной остраняющей и ироничной рифмы типа Айвазовский — «Синий суп», нет и активного архитектурного решения выставочных залов, предложенного тем же Ассом к персоналке Коржева в той же Третьяковке. Такой замузеенный Лисицкий, чье наследие — не слишком большое — совершенно неоправданно разорвано между двумя музеями, кажется сегодня до сих пор непонятым. Илья Кабаков, не так давно «прокативший» Лисицкого по трем музеям, кажется, разоблачал сам жанр агитационной инсталляции и ее жизнестроительный пафос («Утопия и реальность» (2010)); инди-рок-группа Franz Ferdinand в своих клипах демонстрирует как раз механического Лисицкого; Дмитрий Гутов, подвешивая супремы из металла, досок и картона на металлических сетках, предлагает зрителю то самое динамическое восприятие Лисицкого («Параллакс» (2009)); Роман Сакин в управляемой звуковой скульптуре оперирует сквозным красным в пространстве («Лес» (2008)).


Но самым ярким «Лисицким» в Москве стал, конечно, парящий мост парка «Зарядье»: стоящий на трех опорах, в одной из которой располагается подъемник (совсем как в «горизонтальном небоскребе» Лисицкого), он наконец и реализует идею вертикального города-сада с навесными пешеходными аллеями, обходящими памятники архитектуры и транспортные шоссе, и становится параболической трибуной «над землей» для каждого человека с фотоаппаратом. Так идеи самопреодоления (гравитации) 1920-х сливаются с практикой самолюбования 1930-х, а Эль Лисицкий оказывается актуальным художником позднего государственного капитализма.

---
А вот его последняя цитата, в заключительных главах «Будущее и утопия» и «Идеологическая надстройка» Лисицкий отметил необходимость -
«быть сегодня очень деловитыми, очень практичными и отказаться от романтики, чтобы догнать и перегнать остальной мир. Но следующая ступень, одной из идей которой будет преодоление основы — привязанности к земле, возникнет на базе развитой индустрии и техники. Эта идея уже развивается в ряде проектов, например, в проекте института Ленина на Ленинских горах И.Леонидова. А следующая ступень преодоления основы — привязанности к земле идет еще дальше и потребует преодоления силы тяжести, парящих сооружений, физико-динамической архитектуры».

Кстати сказать, одна из самых известных работ классика русского и советского авангарда была вот эта -

Что характерно, плакат «Бей клином» РГБ не давала на выставки последние 40 лет — между тем это по своей важности для истории русского авангарда равноправное с «Черным квадратом» Малевича произведение.