gala_gala15 (gala_gala15) wrote,
gala_gala15
gala_gala15

Элиты и ненужные люди: два сценария будущего - экономическое неравенство станет биологическим?

Весьма любопытный текст-размышление о будущем человечества и "человеков", вне зависимости от местообитания, страны проживания, политической системы и прочих неэкзистенциальных сущностей -

Элиты и ненужные люди
Человечество через пару поколений разделится на два биологических вида. Одни будут выглядеть как полукиборги, которые смогут жить значительно дольше, качественно лучше, не нуждаясь в прочей биомассе даже в качестве мартышек на конвейере, согнутых спин на плантациях или пушечного мяса на войне. Если массы утратят свою значимость для экономики, обороноспособности, государства, то исчезнет, по меньшей мере, часть стимулов инвестировать в их здоровье, образование и благосостояние. И нельзя сказать, что люди этого не чувствуют. И реагируют соответственно...
В конце прошлой статьи мы задались вопросом: почему неприязнь "народа" к собственным элитам – это один из главных ресурсов современного авторитаризма в различных формах (от Эрдогана до Нетаниягу, от Путина до Трампа)? Почему это явление усиливается в последние десятилетия?
На этот вопрос есть множество прежних ответов. Но все они не совсем актуальны.
Эксплуатация?
Можно было бы объяснить все традиционным словом эксплуатация. Но трудно обвинить программиста из промышленной зоны в Петах-Тикве в эксплуатации работника соседней чайной фабрики в той же промзоне. Даже если он зарабатывает в разы или даже на порядок больше работника. Программист чайной фабрикой не владеет. И даже, может быть, пакетики "Высоцкого" не использует. Предпочитает чего-нибудь более качественное.
Вряд ли престижного адвоката из Северного Тель-Авива можно обвинить в эксплуатации сапожника из южной части этого города. Он его работу не потребляет. Она ему не нужна. Как не нужен и сам этот сапожник, который не в состоянии оплатить его дорогостоящие услуги, то есть эксплуатировать адвоката и его офис.
Национальное и глобальное
Можно было бы сказать про то, что элиты становятся все более космополитичными и глобальными, а массы потянуло в национализм и культурное своеобразие. Но это такое странное культурное своеобразие с походами в мировой Макдональдс с детьми, когда элита питается салатами, выращенными неподалеку — ибо из свежих овощей.
Безусловно, глобальная экономика играет роль в этих процессах. Но ситуация тут значительно сложнее и запутаннее. В то время как элита вкушает прелести глобального мира, нищеброды оказались не уникальными и своеобразными. Они просто чужие на этом празднике жизни.
Они, конечно, могут найти себе душевное утешение в национальной гордости и религиозном мракобесии, но это не делает их хранителями национальной культуры, традиций, духовности… Ни израильский электорат Ликуда и партии ШАС, ни сторонников "Чайной партии" в США.
[Spoiler (click to open)]
Кто выиграл от глобализации?
Как влияет глобализация на неравенство доходов в мире в целом – в лучшую или в худшую сторону? По одной теории, глобализация лишь усугубляет существующее неравенство доходов: более богатые страны (если богатство измерять величиной ВВП на душу населения) демонстрировали более высокие темпы роста в период с 1980 по 2000 год, чем более бедные страны. Богатые страны становились еще богаче; из этого следовало, что торговля, аутсорсинг, зарубежные инвестиции и прочие компоненты глобализации – не что иное как инструменты, с помощью которых развитые страны укрепляют свою экономическую гегемонию.
А если изменить единицу анализа? Ведь нас интересуют не бедные страны, а бедные люди. А самый высокий процент бедных людей в мире приходится на Китай и Индию – огромные страны с миллиардным населением. В течение нескольких последних десятилетий они развивались ускоренными темпами. Большая часть бедного населения планеты проживает в двух гигантских странах, которые в настоящее время бурно развиваются, все больше и больше интегрируясь в мировую экономику. Особенно до недавнего кризиса. Уровень благополучия людей в этих странах вырос в несколько раз.
Если анализировать положение людей, а не стран, то глобальное неравенство стремительно сокращается. Бедные люди в бедных странах становятся богаче.
Жертвы глобализации
Одними из главных жертв глобализации стали бедные люди в богатых странах. Они проиграли более всех.
Они проиграли от того, что производства переносятся в страны с более дешевой рабочей силой. Они проиграли от того, что более дешевая рабочая сила вторгается в их страны в виде мигрантов и демпингует, отнимая их места работы, способствуя тому, что их доходы не растут, а уменьшаются. Они проиграли от того, что технологическая революция, обеспечивавшая рост производительности труда, стала резко сбавлять темпы в шестидесятые годы. Они проиграли от того, что доходы от капитала в течение последних нескольких десятилетий росли быстрее, чем производительность труда.
Каждый пятый американец без высшего образования за последний год ни разу не работал… Но наряду с безработными растет количество работающих нищих, которым занятность не гарантирует достойную жизнь.
"А мы?!"
Был советский анекдот: Брежнев выступает с докладом, говорит "А в следующей пятилетке мы будем жить ещё лучше", делает паузу для аплодисментов. Молчание. Он повторяет: "А в следующей пятилетке мы будем жить ещё лучше". Может, не расслышали? Снова: "А в следующей пятилетке мы будем жить ещё лучше". Из зала робкое: "А мы?!"
Мне кажется, что очень похожее ощущение сейчас у очень многих в западных странах. У тех, кто ещё недавно, обосновано или необоснованно, уже считал себя представителем среднего класса, а потом выяснил, что он относится к "новым нищим", которые отличаются от "нищих" более благополучных времен только тем, что это РАБОТАЮЩИЕ НИЩИЕ. Работа перестала быть спасением от нищеты.
Неравенство и нестабильность
Зарплата не растет, а цены — наоборот, качество жизни ухудшается, гарантий и стабильности не чувствуется. И люди чувствуют разочарование. Это разочарование переходит раздражение, когда они слышат ежедневные заверения, что дела пошли на лад, экономика растет, пухнет и богатеет. Об экономическом росте рассказывают политические лидеры. Об этом твердят главы корпораций и экономические комментаторы. О новых возможностях и перспективах трубят СМИ. А люди видят, что стали жить хуже. Так о чем они говорят?!
Неравенство увеличивает нестабильность в обществе. Под угрозой оказались не только социальная справедливость, но и демократия как таковая. Не стоит удивляться, если отчаявшиеся люди будут искать выход в радикальных рецептах. Сегодня капитализм сталкивается с угрозой собственному существованию.
Обиженный электорат
Именно эти обиженные глобализацией люди — являются потенциальным электоратом популистов, которые обещают защищать интересы своего народа, предлагая простые решения сложнейших проблем, находя то, что кажется более привлекательным, чем здравые решения: козлов отпущения.
Именно эти люди главный электорат "Брекзита" и Трампа. Бунт примитивной ксенофобии направлен одновременно против глобальных элит, которые игнорируют их страдания, наживаясь на глобализации, и самых бедных — пришлых мигрантов, которые "воруют" рабочие места, угрожают национальной безопасности и культурной идентичности. Часть обвинений также направлены против групп и движений, которые подрывают традиционный образ жизни и борются с традиционными ценностями…
"Белое быдло"
Первой и главной группой населения, которая поддержала Трампа было "белое быдло" — белые не очень успешные мужчины. С доходами средними и ниже. С образованием средним и ниже. В возрасте среднем и выше. Мужчины серединной Америке, далекой от глобальной жизни океанских побережий. Мужчины "ржавого пояса", где тянутся километрами брошенные монстры опустевших заводов.
Их обманул глобальный мир, возглавляющая его Америка, "американская мечта". Их подвела динамика демографии, технологическая революция, изменение на рынке труда, гендерное равноправие… Их презирают элиты и оттирают мигранты. "Вчера прибывший" (вчера — понятие растяжимое у озлобленных людей) латиноамериканец согласен делать ту же работу за гораздо меньшую зарплату. Вчера прибывший индус-программист более востребован на рынке труда. Закрывшийся завод ушел к китайцам, где выпускать продукцию намного дешевле.
Презрение элит
А элиты страны, люди получившие престижное образование, хорошо зарабатывающие, либерально настроенные, — они относятся к этим парням с нескрываемым презрением: как к неудачникам, мракобесам, невеждам, гомофобам, ксенофобам.
С презрением к этим людям относятся и штурмующие карьерные лестницы молодые люди, которые, пусть и очень юны сейчас, в будущем имеют все основания стать зажиточными, хорошо образованными представителями прогрессивных кругов. Ну, или хотя бы казаться такими…
Надежды лузеров питают
На прошлогодних выборах в США Трамп дал этим людям надежду. Трамп дал им надежду, что "все будет по-прежнему", что он депортирует из страны латиноамериканских иммигрантов и запретит мусульманам въезд в страну, введет протекционистские меры против китайских товаров. Трамп обещал, что он вернет им прежний уклад, прежний статус, прежнюю работу, которая невозвратима как торжество угольной промышленности и главенствующая роль конницы в армии.
А Хиллари им ничего не обещала. Только обзывала всю дорогу: "За Трампа голосуют неудачники". Для них Хиллари была знаменем всего враждебного им, всего, что относится к ним как к "жалким и ничтожным", "быдлу" и "белому мусору".
Популизм ненависти
Нгэйр Вудс (декан Института управления имени Блаватника и директор программы международного экономического управления в Оксфорде) недавно опубликовала статью о новой ксенофобии, успехе популизма ксенофобов-политиков, о том, почему демократический мейнстрим на Западе все больше сдает позиции. "Сегодняшний популизм пропагандирует новую опасную разновидность ксенофобии, ставящую наши общества под угрозу разрушения. Политикам он предлагает легкий способ быстро превратить страх и бессилие людей в опьяняющую смесь гнева и убежденности. Он уверяет запуганных избирателей (зачастую пожилого возраста), что, говоря словами сторонников "Брексита", они могут "вернуть себе контроль" над своей жизнью и своей страной, прежде всего тем, что отвергнут иностранцев. Демография делает новую ксенофобию особенно опасной. В большинстве стран Запада общество становится все более разношерстным. Латиноамериканцы теперь составляют 17,6% населения США. Одна треть лондонцев родилась за пределами Великобритании. Во Франции, по оценкам, 10% населения исповедует ислам. А в Германии примерно 20% населения имеют иммигрантские корни".
Поэтому сегодня так велик соблазн добиваться голоса избирателей, сея семена враждебности, играя на антагонизме. Если политический капитал делается на кликушестве об опасности мусульман, то не стоит удивляться, что это порождает преступления против мусульман на почве ненависти, ежедневное дискриминационное отношение. И в ответ — кто бы сомневался — террористические акции со стороны мусульман.
Перед прыжком
Сейчас человечество находится перед очередным технологическим прыжком "четвертой промышленной революции". Развитие биотехнологий, появление искусственного интеллекта, возможность убрать огромное количество людей с конвейера — возможно не сулит ничего хорошего не только лузерам глобализации в богатых странах, но и огромному количеству людей в бедных, которые стали жить лучше.
Невеселый прогноз для будущих поколений опубликовал в The Guardian известный израильский философ истории Юваль Ной Харари — автор интеллектуального бестселлера "Sapiens: Краткая история человечества". По мнению Харари, до 2100 года человечество разделится на касты сверхлюдей и бесполезных, которые останутся за бортом.
Харари пишет, что в современную эпоху равенство стало доминирующей ценностью в человеческих обществах почти повсеместно. Отчасти это было связано с ростом новых идеологий, таких как гуманизм, либерализм и социализм. Но это произошло и благодаря промышленной революции, сделавшей массы более важными, чем когда-либо ранее. Индустриальные экономики полагались на массы простых рабочих, как армии полагались на массы простых солдат. Правительства как при демократии, так и при диктатуре инвестировали в здравоохранение, образование и благосостояние масс, потому что им были нужны миллионы здоровых рабочих для работы на фабриках и миллионы верных солдат для службы в армии.
Но ныне мы вступаем в постиндустриальный мир, в котором массы остаются не у дел. Без них можно обойтись. Отвергнутых современной экономикой граждан называют глобальным бесполезным классом.
Ненужные люди
Роботизация экономики — это не только технически прекрасно и научно прогрессивно, но и социально страшно. Потребуется гораздо меньше дешевого конвейерного труда. Работы, которую машины не смогут делать лучше человека, будет очень и очень мало. Исчезнут миллионы и миллионы вакансий. Исчезнет и множество старых добрых профессий.
Угрожает этот технологический прогресс не только работягам, но и инженерам. Искусственный интеллект приходит в мир, где работает 70 миллионов инженеров, большая часть которых занимается поиском в интернете аналогов, доработкой и привязкой к местности уже существующих решений. Зачем ему столько?!
Лучшие армии полагаются уже не на миллионы рядовых призывников, а на относительно небольшое число высокопрофессиональных солдат, которые пользуются высокотехнологичным снаряжением, а также на автономные беспилотники, роботов и киберчервей. Уже сейчас большинство людей в военном смысле бесполезны.

Биотехнологии — не только здорово, но и дорого
Сегодня мы наконец видим, что преждевременное и неправильно понятое пророчество Ницше о "сверхчеловеке" становится возможным. Сейчас разрабатываются новые биотехнологии, благодаря которым человек сможет значительно улучшать свои физические и умственные способности, используя достижения науки и техники. Овладеть собственным носителем — своим телом. Проектировать его. Изменять, совершенствовать по мере необходимости. Жить долго. Легко справляться с заболеваниями. Но доступ к этим новым технологиям в первую очередь получат те, кто сможет за них заплатить.
В условиях быстрого прогресса в сфере биотехнологий и биоинженерии мы можем впервые в истории прийти к возможности превратить экономическое неравенство в биологическое.
Два сценария
Собственно, у будущего есть два возможных сценария. Либо элиты вынуждены будут просвещать и интегрировать в новый мир широкие массы, для чего придется отказаться от презрительного взгляда на них.
Либо… от демократии и идеи равенства элиты захотят отказаться. И человечество через пару поколений (а возможно и раньше) разделится на два биологических вида. Одни будут выглядеть как полукиборги, которые смогут жить значительно дольше, качественно лучше, не нуждаясь в прочей биомассе даже в качестве мартышек на конвейере, согнутых спин на плантациях или пушечного мяса на войне. Если массы утратят свою значимость для экономики, обороноспособности, государства, то исчезнет, по меньшей мере, часть стимулов инвестировать в их здоровье, образование и благосостояние.
И нельзя сказать, что массы этого не чувствуют. Даже если не очень разбираются в новых тенденциях.
https://www.nakanune.ru/articles/113118/
---
Звучит несколько устрашающе, но логика рассуждений вполне себе здравая, не находите?
Разве не эти самые процессы мы можем наблюдать сейчас практически во всех странах мира, вне зависимости от их места в мировой "табели о рангах"?

P.S.
Но это все на благословенном Западе, куда так стремятся наши элиты...
Что же до России, то вот, кстати, к чему, по идее, должна привести активно пропагандируемая и навязываемая сейчас властью "цифровая экономика" - начавшись с невинных коммуникационно-почтовых услуг - к полной компьютеризации-роботизации-вирутализации реальной экономики, а это десятки миллионов людей, выброшенных на улицу, ставших ненужными и, кто бы мог подумать, еще более благоденствующая, теперь уже "электронно-цифровая" элита...
Вот цитаты из материала, вышедшего сразу после Питерского экономического форума в начале лета, обрисовывающий перспективы цифровой экономики для населения, а не той узкой группы элит, которая ее насаждает, рисуя картины всеобщего благоденствия -
"Цифровая экономика – это иллюзия, которой нам морочат голову"
Сергей Михеев: Цифровая экономика, действительно, зарождается, существуют определенные виды деятельности, которые можно к цифровой экономике отнести, к примеру, многочисленные интернет-сервисы, которые действительно по своей капитализации превосходят некоторые нефтяные компании. Это правда. Можно ли игнорировать существование такого феномена? Нет, нельзя. Но можно ли надеяться на то, что эта цифровая экономика заменит всю остальную экономику? Нет, нельзя, и более того, надеяться на это крайне опасно. Потому что цифровая экономика создает в основном виртуальные деньги.
Да, она подтягивает кое-какую смежную отрасль производства, инфраструктуру, но в целом она, скорее, сокращает рабочие места, чем создает. Кроме всего прочего, продукт цифровой экономики чаще всего виртуальный, его нельзя потрогать, а люди живут в мире реальных вещей, и эти реальные вещи кто-то должен производить.
Неизбежно то, что нужна экономика, производящая вещи, которые можно потрогать руками, продукты питания, которые можно съесть, одежду, которую можно надеть на себя – такая экономика все равно остается основой экономического благополучия и процветания.

Вопрос: Мы стремимся к тому, от чего весь мир сейчас уходит?
Сергей Михеев: Да, недаром тот же самый Дональд Трамп собирается возвращать реальную экономику в США. Ведь Трамп победил под лозунгом "Вернем производство в свою страну обратно, сделаем Америку великой опять". А ведь, казалось бы, в Америке есть Google и Apple – все прелести цифровой экономики, какого рожна еще надо Трампу?
Проблема в том, что цифровая экономика создает иллюзию, некий кластер обогащения небольшой группы людей. Для подавляющего большинства населения она не дает практически ничего, кроме новых видов развлечений. А рабочие места эта сфера почти не создает.Потому Трамп пытается вернуть производство в Америку и будет продолжать это делать. Китай стал ведущей экономической державой тоже потому, что производит реальный продукт.

Вопрос: Но цифровая экономика может быть фактором роста экономики?
Сергей Михеев: У меня есть ощущение, что сейчас этими модными разговорами про цифровую экономику чиновники хотят затуманить нам взгляд на реальное положение вещей и довести до абсурда – что нам вообще никакая экономика не нужна. В лучшем случае это опасная иллюзия, а в худшем – откровенная манипуляция...

Вопрос: Говорят, что Советский Союз пропустил какие-то этапы технологической революции, и нам приходится наверстывать их сейчас? Вот, оказывается, почему у нас все плохо – СССР виноват, что у нас нет цифровой экономики, а Кудрин и компания сейчас, наконец, все быстро решат?
Сергей Михеев: На самом деле, я считаю, что не от этого были проблемы у СССР. Да, может быть, Советский Союз увлекся геополитикой, может быть, он слишком жестко давил частную инициативу, в том числе социальным государством, что нельзя назвать минусом – социальное развитие было на высоте. Но сейчас выдавать цифровую экономику за новый этап технологического развития, которая якобы решит все проблемы – это примерно такой же обман, что и другие многочисленные реформы.
Нам 25 лет пудрили мозги этими реформами, рассказывая о том, как новые менеджеры все ловко решат. А теперь пришли к тому, что якобы надо отобрать деньги у пенсионеров, повысить пенсионный возраст. В таком случае, чем вы занимались 25 лет, реформируя пенсионную отрасль – вы нас просто обманывали? Здесь может случиться точно так же.

Вопрос: Как Вы считаете, российские IT-компании конкурентоспособны на глобальном уровне?
Сергей Михеев: Ну, наверное, они могут быть конкурентоспособными, существует поисковая система "Яндекс", есть Mail.ru и прочие сервисы, ресурсы. Я не говорю, что их не надо развивать, javascript:void(0);я говорю, что из этого не надо делать панацею, якобы решающую все проблемы. Да, пусть они развиваются, несомненно, им надо помогать. Но нет смысла убеждать людей в том, что цифровая экономика заменит нам все.
И все равно нам постоянно суют в глаза эту капитализацию Google, а капитализация – это просто положение на бирже, это важно для спекулянтов. Капитализация – это для игры на ценных бумагах, но в реальности ничего не создает. И на самом деле ни к валовому внутреннему продукту, ни к благосостоянию людей, ни к доходу бюджета это вообще не имеет никакого отношения. Все эти "капитализации" – вещи, которые невозможно потрогать руками. Может быть какая угодно капитализация, но к реальной жизни она имеет достаточно отдаленное отношение. Да, люди, которые руководят Google, имеют очень хорошие доходы, да, люди, которые спекулируют на ценных бумагах, на биржах, могут делать деньги из воздуха, но на этом все, больше ничего!

Вопрос: Высокая капитализация цифровой экономики – это не гарантия того, что будут созданы высокотехнологичные рабочие места? Ведь нам говорили про 25 млн таких рабочих мест – это нереально?
Сергей Михеев: Капитализация не равна количеству рабочих мест, и вместе с этим капитализация не приносит столько же дохода в бюджет государства. 25 млн – откуда они возьмутся, эти рабочие места-то? Это понять совершенно невозможно, по крайней мере, интернет-сервисы такого количества рабочих мест не дадут. Можно даже посмотреть статистику – наиболее успешные компании, тот же Google, не дают роста рабочих мест. Некоторые приводят иногда пример продвинутого "Сбербанка", а вы посмотрите, как Герман Греф сократил персонал "Сбербанка" – на 3 тыс. человек. Ну, и что? Бизнес ищет только одного – меньше вложить, больше получить. Сократить количество рабочих мест – а как быть с государством? Будут новые миллионы, которые "не будут вписываться" в вашу цифровую экономику? Цифровая экономика пусть развивается, но не надо друг другу пудрить мозги по поводу того, что это решает все проблемы, и так мы войдем в будущее – это же смешно.

Вопрос: Но цифровая экономика хотя бы будет стимулировать обучение высококвалифицированных специалистов, давать работу именно такого качества?
Сергей Михеев: Наши программисты самые лучшие в мире? Самые лучшие, ну да – а где они работают? На нашей земле вырастают, в наших вузах учатся – и уезжают работать в США. Поэтому мы от них практически ничего не имеем. Надеяться на этих людей, как на основу российской экономики, мягко говоря, бессмысленно. Даже если мы будем создавать им примерно такие же условия, как в Штатах, все равно какая-то часть из них будет туда уезжать, так как границы открыты. Да, нужны будут и другие рабочие места, которые будут выполнять социальную функцию, которые будут поддерживать города и поселки, в которых эти высокотехнологичные предприятия будут находиться – это понятно, но это капля в море. Цифровая экономика – это очень хорошо, но для узкой доли населения.
[Spoiler (click to open)]
Вопрос: О чем говорит тот факт, что на Питерском экономическом форуме цифровая экономика стала чуть ли не главной темой?

Сергей Михеев: Для чиновников это хороший способ сочинить какие-то новые формы отчетности, модными словами закрыть реальные проблемы. Для людей из либерального лагеря это повод, опять же, сказать, что никакой реальной экономики развивать не надо, потому что на самом деле мир якобы ушел далеко вперед, давайте не будем заниматься производством и прочими вещами – такой смысл. Это жонглирование модными словами, которое мы наблюдаем довольно долгое время по самым разным поводам. Мы уже слышали ерунду про суперсовременные пенсионные реформы, про суперсовременные реформы муниципального образования, и этим реформам нет конца, на них регулярно кто-то наживается, а эффективность, мягко говоря, оставляет множество вопросов.


Вопрос: Сергей Александрович, ну вот еще один аргумент, цифровая экономика подразумевает и распределение доходов, этакий "цифровой коммунизм", разве нет?
Сергей Михеев: Не будет никакого "цифрового коммунизма", потому что это противоречит природе современной капиталистической системы. Есть ли реализованные примеры? Реализованных примеров не существует. Никто даже не собирается этого делать. Была попытка в Швейцарии провести закон о социальном доходе, но там речь идет не о цифровой экономике, а о банковском бизнесе. И все же Швейцария – это маленькая страна. Я что-то больше нигде в мире не видел примеров, чтобы кто-то пытался перераспределять доходы в пользу бедных. Приведет это к тому, что людей будут сводить к минимальному пособию, чтобы они вымирали. Это путь к смерти. Если вы хотите пересадить ненужное вам население на пособие, и оно станет потихоньку вымирать, а небольшое количество людей будет со сверхдоходами от этой цифровой экономики – никакого "цифрового коммунизма" это не будет означать, это будет означать вымирание одних и все более очевидное процветание других. Я думаю, что все это – не более чем "езда по мозгам", в том числе ради получения дотаций из бюджета.
https://www.nakanune.ru/articles/112966
---
Думаю, что все понятно? Та же тема, что и везде - противостояние узкого слоя элиты и многочисленных, становящихся ненужными, большинства людей, но с местными особенностями особо циничного и людоедского российского капитализма.
Новомодная "цифровая экономика", насаждаемая властными либералами в России - путь обогащения либерально-компрадорских элит и создания многомиллионной касты лишних, ненужных людей, да еще цинично подаваемая под соусом некого "нового технологического уклада", который, якобы, улучшит экономическую ситуацию и положение населения...
У западной элиты в аналогичной ситуации два пути, как было сказано в первом материале, аналогии в данном контексте вполне уместны - так какой из них выберет российская элита?
Tags: #ЭлектронноЦифровойКонцлагерь, будущее, мир, общество, футурология, элиты
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo gala_gala15 march 25, 06:32 119
Buy for 20 tokens
ВНИМАНИЕ, ТОВАРИЩИ: ВАЖНЫЕ НОВОСТИ - НЕПРИЗНАНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ВЫБОРОВ 18.03.18 ПДС НПСР ЧИТАЕМ О НАРУШЕНИИ ВСЕХ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРИНЦИПОВ И ЗАПРЕТОВ - Виктор Имантович Алкснис: "Речь не идет о Грудинине. Мы ведем речь о том, что в ходе избирательной кампании был попран один из основных…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments
Может я что не так понимаю, что ничего у элит предложить обществу нет. Их только волнуют собственные проблемы, которые уже поднимали: передача награбленного по наследству. Эта проблема у бюрократии, которая существует за счет коррупционного налога и собственного бизнеса. Страшно боится потерять власть, а с ней и бизнес. Олигархический бизнес тоже не спит, а ворочается. Передать по наследству не может. Детки в массе своей мажоры и спустят "все, что с таким трудом нажито. Три пиджака кожаные, три портсигара серебряные" Менять они ничего не хотят, боятся, что придет другой и будет только хуже, менять в системе власти и экономики тоже ничего не хотят по тем же самым резонам. Между тем проблемы только нарастают. Это они понимают. Хотят заставит умников поднимать цифровую экономику. Оплатить все инновации планируют населению через повышение налогов. Крупный бизнес к высоким налогам адаптировался через создание схем вывода капиталов, помогают им в этом внедренные во власть и правоохранительные органы люди. У населения таких возможностей нет. Так что цифровая экономика в их исполнении - это удавка на шее, которую сами и оплатим все возрастающими налогами. Как элиты собираются решать свои уже проблемы, он как-то скромно обходит молчанием.
Собственно декан экономики МГУ, входящий в группу Кудрина, прямодушно все и рассказывает. Перспектив нет и не ждите.
https://aftershock.news/?q=node/542807&full