April 5th, 2019

Великий русский&"украинский" писатель Н.В.Гоголь - о России (1809-2019)



За обсуждением жгучих политических и экономических проблем мы упустили важную дату: Николая Васильевичу Гоголю - исполнилось 210 лет, 1 апреля, что характерно, настолько, что кажется, будто это в его честь выбрали день смеха, хотя можно было и день страха, мастер был нагонять то и другое.
Еще характерно то, что высказывания великого российского, русского писателя по-прежнему актуальны, в чем я предлагаю всем убедиться на избранных цитатах, а уж обсудить - русский он писатель или украинский, потом, выслушав мнения профи на этот счет...

Если внимательно почитать, хоть хрестоматийные Мертвые души, хоть реакционные Избранные места из переписки.., то видно, что все искания и размышления нашего классика вполне животрепещущие, не привязанные к его времени, вечно живые, что порой огорчает:
«Ну что за напасть, ведь плохо же живем, а ведь могли бы куда лучше. Не воровать так оголтело, не пьянствовать, друг друга не мучить. Ну надо же с этим что-то делать, а?!»

Куда несется Русь?
Вечно актуальные высказывания Гоголя о России


О том, как полюбить Россию
Вы еще не любите Россию: вы умеете только печалиться да раздражаться слухами обо всем дурном, что в ней ни делается, в вас все это производит только одну черствую досаду да уныние. <…>
Нет, если вы действительно полюбите Россию, у вас пропадет тогда сама собой та близорукая мысль, которая зародилась теперь у многих честных и даже весьма умных людей, то есть будто в теперешнее время они уже ничего не могут сделать для России и будто они ей уже не нужны совсем; напротив, тогда только во всей силе вы почувствуете, что любовь всемогуща и что с ней возможно все сделать. («Нужно любить Россию», «Выбранные места из переписки с друзьями»).

О разброде и шатаниях
Еще никогда не бывало в России такого необыкновенного разнообразия и несходства во мнениях и верованиях всех людей, никогда еще различие образований и воспитанья не оттолкнуло так друг от друга всех и не произвело такого разлада во всем. Сквозь все это пронесся дух сплетней, пустых поверхностных выводов, глупейших слухов, односторонних и ничтожных заключений. Все это сбило и спутало до того у каждого его мненье о России, что решительно нельзя верить никому. Нужно самому узнавать, нужно проездиться по России. («Нужно проездиться по России», «Выбранные места из переписки с друзьями»).

О том, почему перессорились честные и добрые люди
Все перессорилось: дворяне у нас между собой, как кошки с собаками; купцы между собой, как кошки с собаками; мещане между собой, как кошки с собакам; крестьяне, если только не устремлены побуждающей силой на дружескую работу, между собой, как кошки с собаками. Даже честные и добрые люди между собой в разладе... («Нужно проездиться по России», «Выбранные места из переписки с друзьями»).
Read more...Collapse )
---
Далее цитаты от трех исследователей творчества Гоголя в интервью их российским СМИ, до последнего противостояния России и Украины, то есть, политически нейтральные, но субъективные с четко читающейся позицией каждого из авторов...


1. Опасный Гоголь?
[Spoiler (click to open)]
18.10.2008

Интервью газеты "Русская Правда" с публицистом, сопредседателем общественного оргкомитета "Русский Гоголь", председателем Русской общины Полтавской области Виктором Шестаковым …

- Гоголь - русский писатель?

- Он однозначно русский, в чем сам Гоголь собственно признавался. Если объективно подходить к историческим документам, то никаких поводов для дискуссии нет. А украинец - это пан Малкович, который позволяет себе украинизировать великого писателя своими примитивными переводами. Даже в украинском значении слова "перевод" (укр. - "переклад"), содержится то, что он сделал: переложил слова и смысл с одного места на другое.

- Значит, для "свидомых" украинцев Гоголь представляет опасность?

- Сегодня мы видим две тенденции украинского отношения к Гоголю. Первая, назовем ее "гиперсвидомая", представляет собой тупое и полное отрицание Гоголя. Этой тенденции следуют писатель Яворивский и министр Луценко. Ныне покойный Павел Штепа, автор скандальной книги "Московство" (в которой "украинцы - круглоголовые, а москвины - длинноголовые"), отказывает Гоголю в украинстве. Сей "антрополог" утверждает, что смешанные браки "благородных круглоголовых укров" с "признаками европейской расы" и москалей, имеющих "первичные признаки монголоидной расы", порождают ублюдков, ярким представителем которых и является Гоголь. Причем это не дневник из сумасшедшего дома, это официально признанная книга, изданная специально также на русском языке, и именно её пытался вручить, как ценный дар, представитель Ющенко в Крыму на 50-летие симферопольской библиотеки им. А.С.Пушкина.

Но есть вторая тенденция. О том, что Гоголь - "украинец", начинали говорить еще в конце XIX века. Первые украинские переводы сделал Мыхайло Старицкий, которого поддержал родоначальник украинского театра Мыкола Садовский. М.Драгоманов и С.Ефремов утверждали, что Гоголь только писал по-русски, а думал, якобы, "по-украински", пробуждая украинскую национальную сознательность. Теперь появились более радикальные украинизаторы Гоголя, по логике которых любыми путями, пусть даже посредством чудовищных извращений, надо сделать Гоголя "своим", то есть - вырвать его из русского языка, русской культуры и самого понятия "русскости". Совершить это можно посредством издания произведений Гоголя, в которых все слова и понятия подменены и русский Гоголь становится козаком и украинцем.

- Для чего это делается?

- Это прагматичный расчет, помноженный на ментальную зависть. Объективно говоря, мастеров пера, каким был Николай Васильевич, даже с учетом Тараса Шевченко, в украинской литературе просто не было и не будет. Гоголя знает весь мир, а Шевченко - только в диаспорах. Поэтому отдавать Гоголя "москалям" крайне невыгодно. Украинизаторы это отлично понимают, и при традиционно дремлющей российской культурной политике борьба за Гоголя еще будет серьезной.

- А как же вопрос опасности Гоголя?

- Гоголь действительно опасен для "свидомих украинцев", но опасен для публики читающей. А если изолировать читателя от "русского Гоголя", то он перестанет быть опасным. Где читают Гоголя более всего? - В школе. Школа - это самый простой инструмент влияния на мозги, что Украина демонстрирует почище, чем при Сталине. Если из программы изъять ненужное, дети не узнают, что Гоголю принадлежат слова: "Перед нами громада - русский язык! Наслажденье глубокое зовет вас, наслажденье погрузиться во всю неизмеримость его... Какие страшные необработанные поля и пространства вокруг вас...". Всё извратят, и Тарас Бульба вскоре может стать католиком или униатом, который борется с москалями.

- Известно, что Гоголь был не только литератором, но и историком...

- Да, историком, и еще каким! Как историк, Гоголь вдвойне опасен для "державников". Когда в 1830-35 годах Николай Васильевич жил в Санкт-Петербурге, он трудился преподавателем истории в Санкт-Петербургском женском патриотическом институте, а в 1834-35 годах был еще и адъюнкт-профессором на кафедре общей истории в Санкт-Петербургском университете.
История была заметной частью его жизни: он серьезно исследовал работы историков Шлейцера, Миллера и Гердера, пишет статьи "О движении народов в конце V века", "О преподавании всеобщей истории", историческую характеристику "Аль-Мамун". Он собирался серьезно заниматься наукой в Киеве, о чем писал А.Пушкину, и родная история вызывала у Гоголя большой интерес.

- Гоголь занимался и малороссийской историей?

- Безусловно, причем в этом отношении Гоголь-историк неуместен в современной украинской историографии. Он писал: "До сих пор нет у нас полной и удовлетворительной истории малороссийского народа. Я не называю историей множество компиляций, составленных из разных летописей, без строгого критического взгляда, без общего плана и цели, большей частью неполных и не указавших доныне этому народу места в истории мира..."

Николай Васильевич мотивирует свой выбор: "Я решился принять на себя этот труд и представить сколько можно обстоятельств: каким образом эта часть отделилась от России, какое получила она политическое устройство, находясь под чужим владением, как образовался в ней воинственный народ, означенный совершенной оригинальностью характера и подвигов, каким образом он три века с оружием в руках добывал права свои и упорно отстоял свою религию, как наконец, навсегда присоединился к России".

Замечательная работа Николая Васильевича "Взгляд на составление Малороссии", в которой автор рассуждает об ужасах, никчемности и раздробленности, красочно описывает присоединение Южной Руси к Литовскому государству. Из статей Гоголя следует, что политическое объединение Киевской Руси было прервано татарским нашествием, и в XIV-XV веках опустевшая территория Поднепровья вновь заселяется выходцами из Литвы, и прежде всего из России - с северо-восточных княжеств, то есть Русь оставалась Русью, а не превратилась вдруг в Украину. Скорее всего, именно идеи Гоголя озвучил впоследствии М. Погодин, с которым он был знаком. И выводы Гоголя ставят под сомнение всю систему легитимизации нынешней украинской государственности по схеме Киевская Русь - Козаччина - Украина.

По сути, это едва ли не первое в российской историографии объективное описание малороссийской истории, которое принадлежит не какому-то третьеразрядному сочинителю вроде Конисского, а великому русскому писателю и серьезному ученому малороссийского происхождения. Позиция Гоголя - образец для колеблющихся между единорусской и самостийной ориентацией украинского интеллигента.

- То есть, Гоголь-историк не уступает Гоголю- литератору?

- Это равновеликие вещи. Хотя историк Ф.Витберг в своей статье "Гоголь как историк" в "Историческом Вестнике" за август 1892 года утверждает, что Гоголь был весьма оригинальным мыслителем, могущим добиться значительных результатов в науке, если бы не занялся сочинительством, где добился, конечно, большего...

http://ruskline.ru/analitika/2008/10/18/opasnyj_gogol

---


2. Николай Гоголь - о русском единстве и украинстве
[Spoiler (click to open)]
19 марта 2009, 16:28

Андрей Марчуков, к.и.н., Институт Российской истории РАН, специально для РИА Новости.

В эти дни в России отмечается двухсотлетие со дня рождения одного из величайших классиков русской литературы Николая Васильевича Гоголя. Юбилей - прекрасный повод вспомнить писателя и все то, что он хотел донести до современников и потомков. Отмечается он и на Украине. И это правильно, ведь и сам Гоголь, и его творчество - наше общее достояние. Но, к сожалению, на Украине юбилей стал очередным поводом для политических спекуляций вокруг личности и творчества писателя. Налицо идеологическая кампания, имя которой «борьба за Гоголя». Ведется она теми же силами, что и кампания «голодомора-геноцида».

Ее задача - «доказать», что Гоголь принадлежит только Украине, что Россию он не любил и презирал и был чуть ли не украинским националистом. А цель - изменить сознание народа Украины (и России), разорвать наше духовное единство.

В отношении Гоголя на Украине прослеживаются две тенденции.

Первая - его неприятие как писателя русского - пока преобладает. Характерно, что в большинстве украинских учебников Гоголь не включается в «родную литературу», а вместе с прочими русскими писателями помещен в раздел литературы «иностранной». Казалось бы: есть гений, малоросс родом, перу которого принадлежат одни из самых поэтических описаний Украины - зачем же отказываться от него? Дело в том, что любовь к Украине у Гоголя и у националистов - разная. Как и отношение к России и русскости.
Вторая тенденция - это стремление сделать из Гоголя борца за украинскую нацию и ненавистника России. Именно она стала сердцевиной всей кампании.

Суть идеологии украинского национализма состоит в утверждении, что украинцы и русские - совершенно чуждые друг другу народы, с разным происхождением и исторической судьбой. В полном соответствии с этой установкой создается и образ Гоголя - вопреки тому, что думал и писал он сам.

Гоголь осуждается за то, что «предал» свою национальность и «продал» России душу. Его творчество делится на две части. Первая - «украинская» («Вечера на хуторе близ Диканьки» и «Миргород») - хорошая. Вторая - «российская» («Ревизор», «Мертвые души», петербургский цикл и, конечно, «Выбранные места из переписки с друзьями») - плохая. Гоголь полюбить Россию не сумел, зато показал безотрадность российской жизни.

Россию «борцы за украинского Гоголя» обвиняют в том, что она присвоила себе его творчество -чтобы подняться «из азиатской забитости» и не чувствовать «интеллектуальную и культурную ущербность» перед европейскими народами.

Произведения Гоголя подвергаются «исправлению», особенно при переводе на украинский. Из них изымается все, где говорится о русскости. Например, в одном из современных изданий для школьников и студентов «Тараса Бульбы» все слова «русский» оказались «переведены» как «украинский» или «казачий». Так, «русская сила» превратилась в «украинскую», «русская душа» - в «козацьку». Восклицание «Пусть же славится до конца века Русская земля!» теперь звучит «Хай же славна буде довiку Козацька земля!», а фраза «как умеют биться на Русской земле!» - «як умiють битися в землi українськiй!».

Во времена Гоголя слово «украинский» имело другой, территориальный, смысл, а слово «украинец» почти не встречалось. Потом их стали использовать творцы украинской идеи, превратив в синоним слова «нерусский». В ходу же были названия «малоросс», Малороссия, которые и использовал Гоголь. Со временем термины «малоросс» и «украинец» стали означать совершенно разный национальный выбор.

Так как Гоголь смотрел на национальный вопрос? Его национальное мироощущение, взгляды на Россию и Малороссию развивались вместе с его ростом как личности и писателя, а их формировали совсем другие идеи и устремления. Уже в юности у него возникло осознание своего предназначения, желание принести людям пользу, причем полем деятельности он видел всю страну. Гоголь хотел быть русским писателем, сказать свое слово всей России и всему человечеству.

Да, взгляды молодого Гоголя на историю испытывали воздействие тех автономистско-казачьих представлений, которые имели хождение в малороссийском дворянстве. Случалось, в исторических набросках или общении, особенно под влиянием личных переживаний, он воспроизводил их расхожие штампы. Но даже тогда ему (как и подавляющему большинству его земляков) и в голову не приходило ставить под сомнение правильность пребывания Малороссии в составе России. А позже он и вовсе отошел от них...

https://ria.ru/20090319/165394687.html

---


3. «Своего языка не знает...», или Почему Гоголь писал по-русски?
[Spoiler (click to open)]
Барабаш Ю. Я. (Москва), д.ф.н., профессор ИМЛИ им. А. М. Горького РАН / 2010

Коллега, которого я попросил ознакомиться с текстом своего доклада на очередных Гоголевских чтениях, сразу же «споткнулся» о формулировку темы: не странно ли звучит поставленный вопрос? Разве речь идет не о классике русской литературы? Говорите: этнический фактор? Говорите: украинские корни и предки? Пусть так. Но ведь не задумываемся же мы над тем, почему Пушкин сочинял на русском, а не на языке какого-нибудь из народов, населяющих Эфиопию (скажем, амхарском), или, по новой версии, Эритрею (скажем, на языке тигринья)? Да вот и Лермонтов не писал по-шотландски (по-гэльски), а Пастернак и Иосиф Бродский на иврите...

Я ответил рекламным слоганом: почувствуйте разницу. Обрусевший «арап Петра Великого» вряд ли сам помнил язык своей утраченной в далеком детстве родины, а уж передать этот язык потомку... Шотландские корни Лермонтова, согласитесь, носят полулегендарный характер, а Пастернака и Бродского отделяло от иврита Бог знает сколько поколений.

Иначе у Гоголя. Казацкая Украина, этнические корни, предки, быт, язык — все это не было далекой историей, все это не только жило в родовой легенде и генетической памяти, но было рядом, на расстоянии одного-двух поколений семьи, буквально в повседневности. Дед, Афанасий Демьянович, хотя и пробивался в русские дворяне, в молодости учился в Киево-Могилянской академии, был писарем казацкого полка, отец, Василий Афанасьевич, писал комедии на украинском языке; последний бытовал, хотя и в ограниченных пределах, в доме Гоголей-Яновских1. Благодетель семьи, «казак-вельможа» Дмитрий Трощинский, также бывший полковой писарь, затем царский министр, у себя дома, в Кибинцах, где часто бывал Никоша, любил слушать песню о «чайке-небоге», сочиненную, как считается, Иваном Мазепой (с которым, кстати, был в отдаленном родстве), и при этом заливался горькими слезами...

В таком этнокультурном и языковом пространстве прошло детство будущего писателя....

Здесь надо вспомнить и принять во внимание, что будущий писатель формировался в эпоху, когда в жизни, быту, привычках, в сознании и поведении национальной шляхты природные украинские начала все заметнее вытеснялись подколониальным «малороссийством». Это проявлялось и в языковой сфере, где господствующим становилось двуязычие, или, точнее, макаронизм. В «омосковленных», по выражению Ивана Франко, дворянских (совсем еще недавно казацко-старшинских) семействах, к которым принадлежали Гоголи-Яновские, в качестве языка домашней повседневности, общения с прислугой еще бытовал украинский, правда, чаще — «малороссийское наречие», значительно утратившее природную чистоту, «разбавленное» инородными примесями. Но во внедомашнем общении, не говоря уже об официальных обстоятельствах, торжественных случаях, деловой переписке и т. п., украинскому места не было, необходимым и единственно приличным считалось употребление языка русского, пусть нередко весьма и весьма далекого от совершенства...

Что касается последнего замечания, то молодой Гоголь не был исключением в тогдашней «малороссийской» среде. М. Максимович признает, что у Гоголя, когда тот начинал свою литературную деятельность, знание (впрочем, обратим внимание, что Максимович даже избегает слова «знание», а говорит лишь о «знакомстве») — так вот, знакомство молодого Гоголя с русским языком было далеко от совершенства, однако, тут же добавляет Максимович, он «лет через пять стал первостепенным русским писателем и величайшим мастером русского языка...»5.

Правда, далеко не все современники разделяли это мнение Максимовича. Известно, что Гоголю довелось выслушать от некоторых русских критиков (Н. Полевого, О. Сенковского, Ф. Булгарина) немало упреков в засоренности его русского языка «барбаризмами», «провинциализмами» и т. п. Да и сам писатель, по словам Андрея Белого, «чувствовал временами иностранцем себя» в ставшем привычным, но не родном ему языке6, особенно в начале своей деятельности, и затем на протяжении всей жизни старался как можно глубже изучить его и освоить.

Как видим, языковая двойственность была изначально заложена в генетике Гоголя и в его творческой биографии; он достаточно знал как украинский, так и русский, однако говорить о «совершенном» (в нормативном смысле этого слова) его владении обоими языками вряд ли есть основания...

Как вывод — безапелляционно отрицательный ответ «революционного демократа» на вопрос «дoлжно ли и можно ли писать по-малороссийски» и вообще «может ли существовать малороссийская литература». «...Жалко видеть, — лицемерно вздыхал критик, — когда и маленькое дарование попусту тратит свои силы, пиша по-малороссийски — для малороссийских крестьян»11. Этими «маленькими дарованиями» были для Белинского авторы рецензируемого им альманаха «Ластовка» — И. Котляревский, Т Шевченко, Е. Гребинка, Г. Квитка-Основьяненко, П. Кулиш... В другой раз, откликаясь на публикацию рассказа Г. Квитки «Солдатский портрет» в русском переводе, Белинский с поразительной для интеллигентного русского человека бестактностью заявлял: «Так-то (то есть, в переводе. — Ю. Б.) лучше: а то мы, москали, немного горды, а еще более того ленивы, чтобы принуждать себя к пониманию красот малороссийского наречия...»12...

Конечно, не следует сводить все к чисто прагматическим соображениям. Это была биография, это была судьба. Сказывались — в сложной совокупности и в различных сочетаниях — такие влиятельные факторы, как уже упоминавшееся домашнее «малороссийство» и его следствие — двуязычие, отражающие духовную и национальную двойственность; сказывались ранний разрыв с украиноязычной средой, образование, полученное в русской гимназии ( а других учебных заведений в Российской империи не было), многолетнее пребывание то в одной, то в другой столице империи, в русскоязычном окружении... С течением времени, по мере все большего отдаления от Украины и нарастания проимперских настроений все эти факторы вылились в осознанную апостазию Гоголя по отношению к родному языку, в глорификацию языка русского как «владычного», универсального, причем не только в рамках одной российской империи, а в общеславянском масштабе. Отсюда его многозначительная реплика по адресу Шевченко в известной беседе 1851 года с О. Бодянским и Г. Данилевским: «Да и язык...». Реплика, тут же развернутая — в духе позднего Гоголя — в поучение: «Нам... надо писать по-русски ... стремиться к поддержке и упрочению одного владычного языка для всех, родных нам, племен»15....

С Гоголем все обстояло не так. Он сразу начал писать на «владычном» языке и все, им созданное, создано по-русски, если не считать отдельных «жартов» гимназической поры да еще короткой записки, адресованной Богдану Залесскому. Сколь ни очевиден в языке гоголевских произведений украинский компонент, сколь ни существенны его эстетическая и смыслообразующая функции в общем языковом контексте, функции, не вполне еще нами понятые и раскрытые, — это несомненно язык русский. Но — какой русский! Своеобразный, неповторимый, подчас «неправильный» — гоголевский русский, или, по определению П. Михеда, гоголевский идиолект русского языка....

* * *

Как всякий парадокс, он вызывает разнотолкования и полемику. Для одних Гоголь русский писатель, потому что (?) «чисто» русский человек. Для других — типичный украинец и, следовательно (?), украинский писатель.

В первом случае перед нами пример полного игнорирования этнического фактора (языкового, ментального, психогенетического), нежелания или неумения проанализировать то «пестрое месиво», которое на самом деле представляет собою дихотомичную иерархическую языковую систему, где доминирующая русская основа находится в сложном взаимодействии с украинским языковым и ментальным компонентом, отражающим психоэтнические, нередко скрытые в подсознании, особенности писательского видения, его генетической языковой памяти....

Что касается второго случая — попытки «перепрописки» Гоголя из русской литературы в украинскую, — то это яркий пример непонимания или отрицания того, что подлинно национальная литература не существует вне национального языка, что язык это не просто система (тем более не сумма) мертвых знаков, инертных по отношению к передаваемой ими информации, а выражение человеческого духа во всей его глубине и бесконечном разнообразии, в том числе духа национального. Иначе говоря, как утверждал еще В. Гумбольдт, «...различные языки по своей сути, по своему влиянию на познание и на чувства являются в действительности различными мировидениями»21. О том же позднее писал А. Потебня: «Если бы языки, —— были только средствами обозначения мысли уже готовой, образовавшейся помимо них... то их различия по отношению к мысли можно было бы сравнить с различиями почерков и шрифтов одной и той же азбуки», то есть, «было бы безразлично для мысли, на каком языке ее ни выразить»22. Вот почему попытки абсолютизации чисто этнического — в отрыве от языкового — критерия для определения принадлежности писателя к той или иной национальной литературе (в случае Гоголя — к украинской) несостоятельны, если не конъюнктурны.

В последние годы в украинском гоголеведении обозначился целый «веер» различных версий, направленных на «украинизацию» творчества Гоголя. Некоторые обосновываются исключительно этническим происхождением, а то даже чисто территориальным фактором, местом рождения или проживания писателя; в этом случае украинскими писателями оказываются не только Гоголь, но и А. Ахматова (Горенко) и М. Волошин (Кириенко), М. Булгаков и И. Бабель, чуть ли не М. Жванецкий; на эту тему я уже высказывался23.

Есть экстравагантные версии. Одна, к примеру, политико-«патриотического» толка: Гоголь как представитель украинской «пятой колонны» в русской литературе, этакий Штирлиц, выполняющий особую «миссию», скрытая суть которой заключалась якобы в том, чтобы через русский язык «показать всему миру... Московию, страну мертвых душ, где нет ничего светлого, где слышна только „матерщина“...»24. Другая версия из того же экстравагантного ряда, так сказать, «анатомопатологическая», расчленяющая Гоголя на две половины — украинскую и русскую25.

Справедливости ради отмечу, что предлагаются и варианты компромиссного характера, например, «и украинский, и русский писатель», или «только ли украинский?», или, наконец, формула «украинский писатель, писавший на русском языке», применяемая, помимо Гоголя, также к В. Нарежному, О. Сомову, А. Погорельскому и другим представителям так называемой украинской школы в русской литературе XIX века26. Формула активно расширяет сферу своего охвата и своих претензий, преобразуясь уже в научный проект «Истории украинской русскоязычной литературы» (иногда: «русскоязычной литературы Украины», хотя, замечу, это два совершенно разных ракурса в подходе к проблеме, что можно расценить как свидетельство изначальной неясности замысла, его методологической зыбкости27).

Сторонники этой и других подобного рода концепций считают «ошибочным» традиционное мнение, что язык не является «решающим фактором принадлежности произведения к той либо иной национальной литературе является язык»28, поскольку, подчеркивают они, национальные особенности, черты национального характера, образ мышления народа вполне могут быть выражены языком другого народа. Что ж, действительно иноязычный писатель может — в известных пределах — выразить «национально окрашенный взгляд на мир» другого, тем более — этнически своего народа, может «принадлежать» к его духовной культуре; тут нет повода для спора. Творчество Гоголя — ярчайшее тому доказательство.

Следует, однако, при этом отчетливо себе представлять, на каком уровне рассматривается проблема — на уровне культуры или на уровне литературы, словесности, категорий близких, коррелирующих одна с другой, иногда почти совпадающих, но все же не тождественных. В первом случае, то есть когда речь идет о факте культуры, национальный характер может быть выражен — средствами иного языка — через различные проявления национально-духовной сущности (образ мысли, взгляд на мир, ценностные критерии и т. п.). В литературе же эти понятия воплощаются только и исключительно в национальном Слове. Поэтому творчество Гоголя (и других русскоязычных писателей — этнических украинцев) можно охарактеризовать как русскоязычную ветвь украинской культуры, но при этом как факт русской литературы29....

* * *

Конечно, рассмотренные выше формулы и концепции весьма привлекательны и удобны для тех, кто хотел бы дать простые ответы на сложные вопросы. Куда проще записать Гоголя в разряд «украинских писателей, пишущих на русском языке», ввести его в мифическую «украинскую русскоязычную литературу», нежели проанализировать и раскрыть суть внутренней языковой дихотомии как лингвистического аналога антиномий национального сознания писателя, его душевной и духовной двойственности. Так же как несравнимо легче объявить Гоголя-писателя «чисто русским человеком», чем пытаться вникнуть в противоречивое смешение в его сознании и творчестве признаков украинской национальной ментальности с российско-имперскими декларациями и мессианскими амбициями. И уж совсем просто ограничить круг своих интересов и занятий малопродуктивным «перетягиванием каната» вокруг надуманной дилеммы «наш — не наш», что и делают наиболее радикальные представители как русского «православного гоголеведения», так и украинской гоголеведческой «патриотики». И что досадно — вместо конструктивного поиска свежих идей и новых подходов к решению сложных и действительно актуальных проблем гоголеведения, в том числе этнокультурных и этнолингвистических32.

Гоголь, не написавший, как мы помним, ни единой художественной строки по-украински, несомненно был писателем, принадлежащем русской литературе. Право же, в этом нет открытия, я лишь повторяю общеизвестное, общепризнанное; сошлюсь хотя бы на авторитетное мнение И. Франко, который, называя Гоголя «гениальным украинцем», в то же время неизменно относил его к русской литературе33...

http://www.domgogolya.ru/science/researches/1429/

---
Не стану комментировать заявления трех разных авторов с несхожими позициями, но вынужденных признавать очевидное: Гоголь - великий российский, русский писатель. Точка. Или запятая?
Или, все-таки, украинский, русскоязычный? Или русский, украинского происхождения?
Что думаете вы?

НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ГОГОЛЬ - ВЕЛИКИЙ

РОССИЙСКИЙ, РУССКИЙ ПИСАТЕЛЬ
15(53.6%)
РУССКИЙ ПИСАТЕЛЬ УКРАИНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ
13(46.4%)
УКРАИНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, ПИСАВШИЙ НА РУССКОМ
0(0.0%)



Если что, я лично полагаю, что великий российский, русский писатель Гоголь, навсегда утвержденный в пантеоне литературной славы России, причем, актуальный и по сей день, в свое время, сослужил добрую службу Малороссии-Украине, сформировав в своих гениальных произведениях ее позитивный и притягательный образ в русской культуре и общественном сознании, пожалуй, как никто другой из представителей культуры украинской...

* согласные с этим резюме - лайкните пост, пожалуйста
promo gala_gala15 february 10, 22:22 34
Buy for 20 tokens
Законопроекты так называемых сенаторов из конторы под вывеской Совфед, касающиеся свободы слова, то есть, фактического запрета на нее, вызвали в обществе вполне резонное возмущение, причем нашлись граждане с юридическим образованием и даже степенями, которые взяли на себя труд проанализировать…